— Ты в порядке? — на всякий случай уточнила Эрика, на что Грассом уверенно кивнул.
— Вполне золотце. Просто… Кажется, князь и советник наконец нашли мой маленький сюрприз, — Грассом, явно совершенно довольный собой, ухмыльнулся и прищурился сытым котом. Эрика недоуменно вскинула брови.
— Не поделишься, почему меня это напрягает?
— Вероятно, потому что тебя напрягают любые мои действия?
Грассом хмыкнул. Потом махнул рукой.
— Видишь ли, девочка, до дуэли наших замечательных князей еще две недели. Целых две недели! А в конце этой, как я уже говорил, подходит срок нашей с ним сделки… — демон запнулся на мгновение, в задумчивости пожевав губу, и тут же продолжил: — И мне очень хотелось бы закончить со всем этим как можно скорее. Иначе и пленение моего дорогого брата, и твой побег от любящих родителей, и наши с прекрасной Силдж усилия можно считать напрасными на ближайший десяток лет. Нет, конечно, можно будет заморочиться… — он пожал плечами. Потом, очевидно решив, что такие подробности ни Эрике, ни, тем более, Рагнару сейчас ни к чему, подвел итог: — Я решил самую малость ускорить процесс попадания моего дражайшего брата в смертельную опасность. Пришлось для этого, правда, смотаться в Венлигвен, но, надеюсь, оно того стоило…
Он вдруг оборвал сам себя на полуслове и замер, снова уставившись в пустоту перед собой. Эрика нервно облизнула губы и коротко обернулась на молчавшего до этого момента Рагнара.
— Зовут? — уточнил тот негромко, наклоняясь вперед.
— Ага. Мне даже почти интересно, на кой черт я понадобился посреди ночи этому человечишке… Развлечешь пока даму? И, Эрика, позаботься-ка о нашем пленнике, ага? — он озорно прищурился и, вдруг развернулся, двинулся к двери.
— Грассом обернулся через плечо и подмигнул. Рагнар едва слышно по-драконьи заворчал, и демон засмеялся. Отсалютовал Эрике. — Не скучай, заберу тебя отсюда через пару часов. Будь добра не шарахаться по коридорам темницы в одиночку.
И, сунув по-прежнему ярко горящий факел в держатель на стене, исчез.
Эрика недоуменно качнула головой и перевела недоуменный взгляд на Рагнара. Тот усмехнулся, качнув головой.
— Это… что?..
— Это его хозяин позвал, видимо, — Рагнар повел плечами. — Грасс же демон, у них связь с контрактором — его могут призывать когда угодно. А вот зачем…
— Напрягает.
Рагнар кивнул. Он выглядел чуть расслабленным и очень спокойным, но сейчас, находясь совсем рядом с ним, Эрика ощущала, что ему страшно. Это выдавали напряженный взгляд потухших глаз, плотно сжатые губы и собранность. Словно он готов прямо сейчас хотя бы попытаться защититься. Эрика печально вздохнула. Да уж, глупо надеяться, что все эти дни в темнице пройдут бесследно…
— Так… ты думаешь, все нормально будет? — помедлив, тихо уточнила Эрика. — Ты правда сам согласился на это? Быть схваченным, плененным… на пытки? Раг…
Она судорожно вздохнула, впиваясь взглядом в лицо дракона, который уже без особого энтузиазма жевал то, что для него собрала Силдж — ломоть хлеба, часть индейки, оставшейся после ужина, сыр. Рагнар задумчиво хмыкнул, рассматривая кувшин с молоком, потом все же запил кусок хлеба и пожал плечами.
— Ему даже уговаривать не пришлось, — негромко признался Рагнар, и Эрика шмыгнула носом. — Он уже долго служит Николасу. Дольше, намного, чем любым другим контракторам. И его это тяготит, Грассом хочет на свободу. Так если он уверен, что сможет меня вытащить, почему я не должен помочь?
Рагнар поднял на Эрику внимательный взгляд, и та запнулась, не находясь, что ответить. Такая вера и верность поражали, так что девушка смогла только тяжело выдохнуть. Она ведь все равно уже ничего сделать не может. Вернее, конечно, может — например, прямо сейчас попытаться вывести Рагнара из темницы, но есть ли в этом смысл? Она не знает этих коридоров, вряд ли даже не запутается, если пойдет одна обратно в дом. Да и куда они пойдут? Рагнар не в состоянии превратиться и лететь, и их наверняка быстро поймают — вероятно даже не объявят о том, что бежал пленник, а заставят Грассома их найти. А Грассом… Ему нужна свобода, которую, с его слов, он сможет получить только если Рагнар будет находиться в темнице.
Эрика прикрыла глаза, бессильно приваливаясь к стене плечом. Несколько мгновений она размеренно дышала, слушая, как рядом тихо шевелится Рагнар, а затем ее вдруг осторожно обняли, притягивая к груди.
— Больно же, — не открывая глаз, проворчала девушка. Рагнар тихо фыркнул.
— Переживу, — в голосе скользнуло озорство, и Эрика невольно расслабилась — но самую малость. И не надолго, потому что тут же дракон посерьезнел, и он заговорил девушке на ухо, словно доверял самый сокровенный секрет из всех возможных: — Доверься Грассому, хорошо? Я понимаю, он временами… почти всегда строит из себя джалв знает кого, но я прошу тебя, доверься ему. Я знаю, он не подведет. И меня не бросит, и тебя прикроет, если согласишься ему помочь. Только глупостей не твори, ладно?
— Ты так уверен в нем?
— Он никогда не подводил. Так что да, уверен.
Последние слова Рагнар уже практически прошептал Эрике в волосы, а затем и вовсе ласково поцеловал ее в макушку. Эрика судорожно выдохнула, почувствовав, как на ее собственных губах от этого простого выражения тепла расцветает робкая улыбка. Помедлив, девушка осторожно обняла Рагнара и ткнулась лицом куда-то в его плечо.
— Я обещаю, все будет хорошо, — уркнул Рагнар едва слышно ей на ухо. — Только доверься.
— Какой же ты… — Эрика тяжело вздохнула. — Доверчивый. И добрый.
— Без доверия и добра мир бы давно разрушили, — с тихим смешком отозвался дракон. Эрика поморщилась.
— Или убили бы последнего Дракона… — девушка поморщилась. Добавила шепотом: — Я видела утром, как тебя пытают…
— Ох… Это не совсем пытка, Эрика, — Рагнар качнул головой. Погладил Эрику по плечам в попытке успокоить. — Николас просто забирает у меня магию, заливает в какие-то кристаллы… Но не переживай. Магическое истощение я переживу, особенно если Грасс все сделает правильно. А раны заживают, да и потом заживут достаточно быстро.
Эрика в ответ проворчала что-то неразборчивое и тут же отстранилась, чтобы поправить в очередной раз плед на плечах Рагнара. Ей отчего-то казалось, что ее дракон больше храбрится, чем действительно так легко относится к сложившейся ситуации. Потому что, ну, раз уж даже Грассом временами ходит в напряжении и толком не язвит, то и Рагнар, привыкший к свободе у себя в горах, вряд ли легко принимает всю эту ситуацию. И неужели ради ее спокойствия не показывает боли? Или действительно настолько уверен в брате?
Копаться во всем этом, искать ответы на вопросы, прямо сейчас Эрика не могла себе позволить. Не когда она наконец рядом с Рагнаром и видит, что он жив. Потом… все размышления и тревоги — потом. А сейчас можно позволить себе хоть чуть-чуть выдохнуть.
***
В кабинете князя Лейфа стояла темнота, разгоняемая лишь в небольшой его части мягким звездным светом, льющимся в окно, да теплым желтым светом свечей в подсвечнике на столе. Большая часть помещения, впрочем, оставалась в кромешной тьме, но большего освещения, чем уже есть, не требовалось. Сестра темноты, тишина, против обыкновения наполняла кабинет его Сиятельства тревогой и напряжением. Оба мужчины, что находились в помещении, никак не могли ощутить покой.
Князь Лейф сидел за столом, откинувшись на спинку кресла, и, оперевшись рукой о подлокотник, задумчиво крутил перо в пальцах. Его взгляд, направленный в темный угол, казался пустым и холодным, отстраненным, хотя на самом деле внутри у него полыхало пламя негодования, опаляющее ребра изнутри. Советник Николас, заложив руки за спину, ровными ритмичными шагами мерил кабинет. В нем цвело негодование и злоба — но джалв знает, на кого в первую очередь: на князя Лейфа или все же на князя Абсалона, решившего заглянуть к ним в гости раньше назначенного срока больше, чем на неделю.
Откуда-то из темных глубин помещения доносилось мерное тиканье напольных часов, оглушительно громкое в ничем толком не нарушаемой больше тишине. Едва слышно потрескивали свечи. Шуршали ботинки советника Николаса по ковру. Ожидание нервировало и угнетало.