И Эрика послушалась его совета. Напряженно вжала голову в плечи, посмотрела себе под ноги и спешно сделала шаг через порог камеры, сразу же поворачивая в сторону выхода и лишая себя шанса даже попытаться напоследок посмотреть на Рагнара.
Послышался скрип и хлопок закрывающейся двери. Затем за плечо легла ладонь Грассома и раздался его вкрадчивый голос:
— Идем. Тебе стоит отправиться в кровать.
Эрика лишь кивнула и послушно двинулась ко входу в дом. Внутри все замерло и вдруг опустело — Эрика не поняла, что в груди образовалась темная бездна, в которой пропали совершенно все эмоции, которые она только может испытывать.
Убедившись, что Эрика без приключений и лишних свидетелей добралась до комнаты, и оставив корзинку у Силдж в покоях, Грассом отправился к заранее найденному месту для того, чтобы без проблем перепрятать Рагнара и провести ритуал по извлечению магического ядра из живого существа… а заодно и маленькую бойню. Старая заброшенная церквушка в лесной чаще и чуть больше, чем полудне пути от княжеского поместья. Ну, не прелесть ли?
Откровенно говоря, Грассом думал о том, чтобы пофилонить и поведать Николасу о своей «находке» с утра, после завтрака. Он даже уже неторопливо, отчасти полусонно, шел по коридорам поместья в направлении спальни любовницы — мечтая о капле ласки и малюсенькой толике ворчания, что он опять поздно освободился, — когда на входе в крыло личных покоев столкнулся с княжеским советником. Скрипнул зубами и заставил себя остановиться, когда его окликнули.
— Демон?.. И какого джалва ты тут прохлаждаешься? Кажется, задача была — найти место для того, чтобы спрятать дракона?
Грассом едва удержался, чтобы не закатить глаза на этот пренебрежительный и излишне бодрый в столь позднее время тон. Однако заставил себя быстро нацепить дежурную насмешливую улыбку и привычную, но уже оджалвелтелую маску демона-прислужника, и обернуться.
— Так ведь нашел уже, ваше бодрое злейшество, — хмыкнул он, разводя руками. — Как раз вас искал, чтобы сообщить. Тихо, укромно, не слишком далеко. Все как просили.
Откровенно говоря, Грассом отчаянно надеялся, что после короткого доклада, состоявшегося в совсем не детское время, Николас плюнет на все, уйдет спать и его, Грассома, тоже отпустит на отдых. Все-таки два посещения темницы с плененным там братом за день — самую малость слишком, и демон совсем не отказался бы расслабиться. Однако, как на зло, Николас тут же просиял и разве что не хлопнул в ладони от восторга, как маленький ребенок.
— Можешь ведь, когда хочешь! — заявил Николас, а на недоуменный взгляд демона добавил: — Ну, раз все так удачно складывается, подними отряд гвардейцев и отправь их запрягать лошадей и заковывать дракона в клетку. А я соберу кое-какие вещи и предупрежу князя.
Николас, пожалуй, излишне возбужденно хохотнул и растворился во тьме коридора личного крыла князя, в то время как Грассом замер, глядя ему вслед. Кажется, фальшивое письмо от князя Абсалона и разрешение князя Лейфа убрать дракона из поместья как можно скорее, попали на нужную почву: Николас еще больше загорелся идеей одним махом забрать у Рагнара всю его магическую силу и забрать ее себе.
Грассом растянул губы в хищной ухмылке.
Что ж, раз события стали так стремительно развиваться, это только на руку самому Грассому. В таком возбужденном и восторженном состоянии Николас может совершить кучу ошибок, которые любой демон обязательно придумает, как использовать в свою пользу — что уж говорить о Грассоме. Он ведь все равно предпочел бы оставить и Силдж, и Эрику в стороне от больших событий, когда придет время избавиться от Николаса. А тут, раз советник сам дает прекрасный повод, нет смысла даже ставить их в известность. Все должно — и обязательно закончится не позже грядущего вечера.
Впрочем, помощь маленькой целительницы прям на месте Рагнару наверняка очень не помешает… Тем более если учитывать, что «смертельная угроза близкому», необходимая Грассому, чтобы освободиться от сделки раньше оговоренного срока и убить Николаса вряд ли означает, что Рагнару просто приставят нож к горлу. Скорее уж подведут к самой грани, и лишь тогда узел сделки ослабеет.
Да, в этот момент определенно будет хорошо, если Эрика окажется рядом. Но тащить ее с собой просто так не получится, да и слишком глупо. Писать записку… Тоже кажется не лучшей идеей. Подорвется еще раньше времени или письмо и вовсе окажется в чужих руках по ее глупости. В руках Силдж, например — вот уж кому стоит держаться от неприятностей подальше.
Придется положиться на оберег Рагнара, раз уж несносная девчонка все еще его носит, не снимая. В конце концов, один раз Эрика уже поддалась его зову. Значит, поддастся и во второй раз, особенно если сигналы кулона самую малость усилить. А о том, что дракона увезли, княжне — а значит и Эрике, раз завтракают все в одно время — наверняка за завтраком скажет Лейф…
***
— Как там вчера твоя встреча с Рагнаром?
— Тебя правда это интересует?
— Честно? Да. Я бы поинтересовалась у Грассома, конечно, но он вчера так и не пришел ночевать…
— Ну, его вчера Николас призывал, пока я с Рагнаром была. Запряг его найти место, куда перевести Рагнара из темницы…
Силдж нехорошо прищурилась и недовольно заворчала разозленной кошкой. Стрельнула сердитым взглядом поверх чашки на место, где обычно сидел Николас во время завтраков, но так внятно ничего и не ответила.
Они с Эрикой сидели в столовой. Кроме них к трапезе никто не спустился, а потому девушки могли без лишних ушей обсудить волнующие вещи. А их оказалось немало: Эрика, сонно потирающая глаза из-за бессонной ночи, делилась тем, что услышала прошлой ночью от Грассома о приказе перевести Рагнара в другое место, а Силдж высказывала некоторые сомнения на тему рвения ее любовника сократить время ожидания до угрозы жизни Рагнару.
— Ой, не нравится мне это, — вздохнула княжна и покачала головой, когда Эрика пересказала ей слова Грассома о его желании закончить со всем этим поскорее, когда он уходил на зов Николаса, оставляя ее наедине с Рагнаром. — Возможность появилась, вот он и торопится… Я, конечно, верю в его силы, но с таким рвением и ошибку допустить недолго…
— Думаешь, что-то пойдет не так? — Эрика насторожилась и, так и не отпив почти остывший чай, настороженно покосилась на княжну. Та повела плечами.
— Хотела бы я знать… будем смотреть, видимо, по мере поступления. Но поговорить об этом с Грассомом надо, когда вернется…
Силдж задумчиво провела кончиком пальца по краю чашки с таким видом, словно последние слова адресовала скорее самой себе, а не Эрике, и тихо вздохнула. С самого утра, с того самого момента, как она открыла глаза и поняла, что Грассом ночью в ее покои заглянул разве что спрятать корзинку, ее не покидала тревога. Обжигающая зимней стужей, сжимающая легкие и не дающая свободно вздохнуть хоть раз. Она поселилась где-то под ребрами, кололась и вытягивала на поверхность самые плохие мысли, самые неблагоприятные результаты того, что они задумали. Заставляла едва ли не дергаться от каждого шороха.
Между девушками повисла тишина. Эрика со скучающим видом возила остатки джема из-под блинов по тарелке, Силдж медленно глотала чай и без энтузиазма наблюдала в окно за тем, как на небе медленно сбиваются в кучу и темнеют облака, из-за чего и столовая погружалась в вечернюю полутьму.
Собиралась гроза, то и дело набирал силу порывистый ветер. На улице похолодало, но стояла такая духота, что едва ли получалось нормально дышать. Еще у Силдж немного побаливала голова из-за резкой смены погоды: только прошлым вечером по-летнему припекало солнце, а ночь затем пришла безоблачная и теплая. Но к утру все резко изменилось, и это казалось скорее плохим знаком, чем волей Оверста. По спине от этой мысли бегали мерзкие холодные мурашки, и очень хотелось верить, что в столь неприятных ощущениях виновато исключительно нервное напряжение.
— Нужно идти работать… — задумчиво протянула Силдж, когда молчание затянулось. Княжна покосилась на Эрику, едва заметно кивнувшую в ответ и, тяжело вздохнув выпрямилась.