— Эй, ты! — двое конвоиров вдруг обратили на неё внимание, перегородив ей дорогу. — По законам Поноры женщине нельзя отправляться в путь одной без сопроводительных бумаг! Покажи документ или будешь схвачена и переправлена в тюрьму до выяснения личности! — грубо потребовал один из них.
— Ей не нужны бумаги! И кто сказал, что девушка путешествует одна? — узнав голос Винса, Мидэя обернулась, с удивлением увидев кроме него ещё Рината и Фина. — Она принадлежит князю Фараса. Мы рыцари его светлости, сопровождающие его к королю Гратабору. У вас остались ещё претензии? — Винс держался вызывающе и уверенно, и конвоиры потеряли к Мидэе всякий интерес.
— Что вы наделали? — возмутилась она, когда они отъехали немного вперёд. — Я не просила вас отправляться за мной или вмешиваться! Мне нужно следовать за этой телегой!
— Приказ Даната. И ты поедешь с нами! — тоном не желающим терпеть возражения, бросил Ринат. — Без пререканий! И не вздумай выкидывать свои магические штучки! Данат просил тебе напомнить слова монахини о том, что в первую очередь ты обязана выжить.
Конвоиры сопровождали повозку по тому же пути, по которому следовала она и рыцари, поэтому Мидэя и не стала возражать. Зато тут же скрипнула зубами, заметив на постоялом дворе фигуру Даната, отдающего распоряжения Хезеру и Икару.
— Я ведь ясно дала понять, что справлюсь сама! — соскочив с лошади, она направилась прямо к князю. — Я не хочу, чтобы меня связывали с вами, потому что знаю, какая репутация закрепляется за женщинами, таскающимися в поход вместе с рыцарями! Ты не…
— Поздравляю с подобными познаниями, — как обычно высокомерно оборвал он её. — Но в Паноре лучше считаться шлюхой, чем беглой или того хуже ведьмой.
— Нет, ты не понимаешь! Я должна попасть на эту телегу и освободить несчастных! Я как раз собиралась это сделать, пока твои рыцари мне не помешали..
— Вот снова. Опять у тебя ум за разум заходит. Кто тебе сказал, что главная здесь ты? Дэя, вчера ты обмолвилась, что у тебя мало житейского опыта, и ты не всегда знаешь, как поступить правильно. А мы, хоть и развращенные жизнью ублюдки, зато опыта у нас хоть отбавляй. Так вот — тебе не нужно на эту чёртову телегу! — отрезал Данат железным тоном, встряхнув её за плечи. — Не стоит горячиться. Так дела не делаются. Это чужая страна, здесь нужно быть осторожным, — его серьёзный строгий взгляд смягчился, и Данат неожиданно порывисто поцеловал её в губы, после чего улыбнулся, глядя в глаза. — Правила. Я тоже им следую. И я бы очень огорчился, если бы с тобой что-то случилось.
— Полагаю, это сегодняшняя норма тёплых слов? … Данат, там невинные дети, над ними измывались… — на глаза Мидэи навернулись слёзы. — Им нужно помочь… их нельзя бросать … моя душа … сейчас разорвётся…
Мидэя была в таком смятении, что даже не возражала его объятьям, словно не замечая его прикосновений, поглаживаний по спине, коротких поцелуев в волосы. Прижав её к себе, Данат прошептал ей на ухо:
— Тебе нельзя себя обнаружить. Я думаю, сохранить святыню важнее, чем усиление облав по всей Паноре из-за твоей попытки вмешаться. Князь Гратабор недавно был избран королём, и чтобы отпраздновать это он решил вычистить свою землю от всякой нечисти. Хватают всех на кого доносят. Нужен продуманный план. Но иногда приходится кем-то жертвовать ради высокой цели. Разве твои святоши тебе об этом не рассказывали? Они ведь сами пожертвовали собой.
— Я так не могу, — затрясла она головой, дрожа, прижавшись к его груди.
Эту сцену и застал вышедший из таверны Лионель. А Мидэя в этом момент случайно натолкнулась на его взгляд, тут же отпрянув от Даната. Ей хотелось побежать за Лионелем, исцелить его такой полный боли взгляд. Но тут она наткнулась на другой, не менее пристальный. Стоявший в стороне незнакомец еле заметно почтительно кивнул ей, и девушку окатило знакомой волной, позволяющей видеть скрытые вещи. Незнакомцем оказался одним из оборотней Станиса, только уже принявший человеческий облик. И Мидэя зажглась надеждой, что она нашла выход.
— Кто это? — ревниво поинтересовался всё замечающий Данат.