— Воин Станиса. Мне нужно срочно поговорить с ними!
Ей не нужно было вдаваться в долгие разъяснения. Вольверин понял её с полуслова.
— Повозка с пленными.
— Если мы нападём рыжий хряк стянет сюда войска.
Не трудно было догадаться, что рыжим хряком оборотни называли теперь уже короля севера Гратобора.
— Ничего не укажет на вольверинов. Мы разыграем иное, — решительно заявила Мидэя. — На конвой нападём мы. Вас я лишь прошу доставить людей на земли Фараса, безопасно провести их тайными тропами.
— Так мы теперь всех одарённых будем стаскивать в моё княжество? — возразил Данат. Оказывается, он пошел следом за ней и теперь стоял за спиной обдавая девушку своим негодованием. Но вольверин даже глазом на него не повёл, признавая лишь хранительницу, всем своим видом показывая, что якшаться с людьми последнее дело для первородных.
— Если мой вожак прикажет — мы сделаем, как ты просишь, фрэя, — ответил оборотень низким густым голосом.
— Со Станисом я договорюсь, — кивнула Мидэя.
— Как он тебя назвал? — фыркнул Данат.
Обернувшись к нему, Мидэя широко улыбнулась, заискивающе заглядывая в сердитые синие глаза.
— На их языке значит колдунья. Тех, кто наделён силой они ценят выше людей. …Знаешь, под твоим вздорным норовом и скопищем пороков живёт душа, готовая раскрыться свету, — взяла его за руку Мидэя. — Я знаю, Данат, что будь ты погрязшим во тьме — священный Аввин ни за что не привёл бы меня к тебе.
— А может, у него кособокое чувство юмора? — криво усмехнулся князь.
— Ты умён и достаточно смел, чтобы помочь мне. Против тебя я не смогу применить ни дар, ни силу огня. Ты ведь знаешь уже. Ты можешь лишь принять меня либо отвергнуть.
— То есть ты тоже? — Данат лукаво изогнул бровь. В синеве его глаз заплясала хитреца победителя. — Ты тоже можешь лишь принять меня либо отвергнуть? Думаю, будет честно если в этом случае мы примем друг друга.
— Да.
— Что да?
— Я имела в виду принять меня такую, с тем, что имею, чем живу и во что верю, — заставить запинаться её могли лишь эти смеющиеся глаза. — А не…
— И я это имел в виду. Принять меня таким, какой я есть. А не…, — поддел он её. — Так как?
— И всё-таки, мне кажется у нас разные понимания. Это не значит, что я буду принадлежать тебе, что меня можно…
— Можно что? Целовать у всех на виду? Обнимать? Касаться, потому что это гасит проклятье и боль отступает, и что я лишь тогда становлюсь собой и могу ясно мыслить? Но я не дурак, сама ведь сказала. Так чего ты боишься, Дэя? Меня? Хм, но я уже видел тебя без одежды и владел твоим телом, что ещё может произойти?
Злясь на себя, за то, что при этих словах она покраснела, потому что всё чаще князь нагонял на неё необъяснимое смятение, Мидэя ответила, потупив взгляд:
— Боюсь обмануться, привязаться и быть преданной, боюсь оказаться слабой и недостойной.
С задумчивостью отведя ей волосы со лба, Данат улыбнулся:
— Даже если это и случиться, ты всё равно останешься самой красивой лесной кикиморой.
— Знаете что, ваша светлость?!! — вспыхнула Мидэя.
— Так какой план? — преспокойно поинтересовался он. Боль ушла, как и злость, и неопределённость. По сравнению с теперь уже ставшими привычными мучениями — короткий миг блаженства. Данат начинал учиться ценить такие моменты.
— Догнать повозку, освободить пленных, передать их вольверинам, конвой не убивать, но я сделаю так, чтобы они как один твердили, что напали пленники, а про нас воины короля и не вспомнят. Там в клетке, есть одарённые, у которых хватит сил запутать следы. Вольверины укроют их вблизи твоего замка, а мы отправимся к Гратобору и отыщем брата Станиса. Затем постараемся выбраться и вернуться невредимыми в Фарас. Ты, может быть, ещё и жену с собой привезёшь, — Мидэя всё ещё хмурилась, размышляя, почему мужчины такие несносные существа.
Закинув голову, Данат в размышлениях почесал шею, усмехнулся, затем твёрдо взглянул на девушку:
— Хорошо! Договорились!
После свистнул, привлекая внимание своих рыцарей.
— Винс, Росс, Хезер, Ринат и Бродерик за мной! Прокатимся по делу.
Он ожидал, что она спросит «а Лионель?», но Мидэя не спросила, отправившись переговорить со Станисом, зная, что роковой день для Лионеля наступит не сегодня.
Глава 10
Вскоре заметив ползущий впереди обоз, который они нагнали без труда, Мидэя прошептала заклинание и лошади конвоиров и те, что тащили телегу встали как вкопанные. Чертыхаясь на чём свет стоит, воины Гратобора принялись стегать их батогами, затем спешившись, кинулись угрожать пленным, видя угрозу именно в «проклятых ведьмах». А затем застыли и конвоиры. Когда Мидэя поравнялась с повозкой, замок щёлкнул и клетка отворилась.