— Как ты себя сейчас чувствуешь? — обеспокоенно спросила я.
— Все хорошо, — улыбнулся брат. — А главное, что ты рядом.
— Алекс, почему эльф назвал меня Линариэль?
— А, это… — посмурнел Алекс. — Он сказал, что когда подбежал, твой амулет был разряжен и иллюзия спала. Лаириэль успел до прихода стражников зарядить мамин амулет. Обещал сохранить нашу тайну и спросил, какое у тебя родовое имя. Ты сердишься на меня?
— Нет, что ты, не сержусь. Как вышло, так вышло. Ничего уже не изменить. Главное, что мы живы, — потрепала брата по голове.
Я слушала рассказ брата и не знала, как реагировать. Надо все хорошенько обдумать, все разложить по полочкам, и только тогда продумывать свою стратегию поведения с Лаириэлем. Но все указывает на то, что уже поздно менять что-либо в наших отношениях. Эльф определился, как ко мне относиться, а Старшая раса своих решений не меняет. Нужно поговорить с ним. Я одновременно и ждала, и боялась разговора с эльфом. Это ж надо! Нелепая случайность и вся моя конспирация насмарку…
От раздумий отвлек стук в дверь. В палату вошла целительница с третьего курса, а за ней следом шагнул мужчина.
— Доброго дня. Следователь по особо важным делам Жарков Себастьян Кириллович. Отдел магического контроля, — представился он.
Следователю было явно за сорок. Высокий, стройный, спортивного телосложения мужчина с уставшим взглядом. Вокруг карих глаз заметны мелкие морщинки, а на лбу две глубокие, будто он часто и напряженно о чем-то думает. Волосы каштановые с проседью. Квадратный подбородок и слегка поджатые узкие губы говорят о твердом характере.
Мужчина молча прошел вглубь комнаты, присел на стул, достал бумаги из портфеля и, просмотрев их, поднял голову и обратился ко мне.
— Каролина Андреевна Смирнова, — дождавшись моего кивка, продолжил. — Я провожу расследование по поводу нападения на вас и вашего брата. Расскажите, как все произошло.
— Да, в общем-то, и рассказывать нечего. В воскресенье утром я вышла из Академии магии и пошла в имперскую военную школу. Оттуда вместе с Алексом мы пошли в город. По пути разговаривали и не сразу заметили, что что-то не так. Я обратила внимание, что люди кричат и разбегаются. Подняла голову и увидела, что в меня и брата летит довольно большой черно-красный шар. Единственное, что я успела сделать, это оттолкнуть Алекса и выставить щит. Но заклинание оказалось сильнее и я, потратив весь свой магический резерв, упала в обморок. Это все.
— Скажите, вы каждое воскресенье в одно и то же время забираете брата из военной школы и идете одним и тем же маршрутом в город. Правильно я понял?
— Да.
— А возвращаетесь?
— Тоже той же дорогой и примерно в одно и то же время, — задумчиво произнесла я.
— Недоброжелатели у вас с братом есть?
— Нет.
— Может вы с кем-то сильно поссорились в последнее время?
— Нет.
— Угрожал кто-нибудь?
— Нет.
— Враги?
— Если и есть, то я о них ничего не знаю. Мы приехали с братом из провинции и вообще мало кого здесь знаем.
— Вам знаком маг, напавший на вас?
— Я его даже не видела. Весь обзор перекрывал шар.
— Какого размера и цвета он был?
— Черный с проблесками огня и вот такого размера, — развела руки в сторону и обозначила размер шара. — И мне казалось, что приближаясь ко мне, он увеличивался в размере.
— Как вам удалось выжить после смертельного боевого заклинания?
— Не знаю. Я выставила щит, а затем сработал наш родовой амулет.
— Разрешите посмотреть.
На последнем слове дверь открылась и в палату стремительно вошли эльфы. Мгновенно оценив обстановку, Лаириэль бросил на меня взгляд и спросил:
— Каролина, все в порядке?
— Да, — удивленно пробормотала я.
— Представьтесь, — высокомерно потребовал он у следователя.
Мужчина перевел удивленный взгляд с эльфа на меня и обратно. Затем встал и, слегка поклонившись, представился:
— Следователь по особо важным делам Жарков Себастьян Кириллович. Отдел магического контроля.
— Лаириэль из Великого Леса.
— Ларриэль из Великого Леса, — вышел из-за спины эльфа его друг.
— Каролина Смирнова несовершеннолетняя и ваша беседа должна проходить в присутствии ее опекуна, — от слов эльфа повеяло холодом.
— Чижов Виктор Иванович занят и не смог присутствовать при нашем разговоре, — раздраженно сказал следователь, предварительно заглянув в бумаги.