-Война окончена, -сказала она, -а у меня крылья есть. - кое-как поднявшись, хромая на одну ногу, Юнна пошла домой.
Как оказалось, Юнны не было два дня. Когда она вернулась в убежище под землю, то жители деревни сначала обрадовались, затем обеспокоенно оглядели её и засуетились, желая сделать для девушки хоть что-то. Митсу суетилась больше всех. Когда же Юнна сказала, что война окончена, то Хранителей на несколько добрых минут одолел ступор. Потом осознание сказанных слов постепенно начало доходить до каждого, и восторженные крики заполнили убежище. Юнна вкратце рассказала, что произошло с ней за эти два дня, что ещё больше взбудоражило жителей деревни. Она наблюдала за их радостью и улыбалась тёплой, но грустной улыбкой.
Ещё большая радость охватила жителей деревни, которые не участвовали в войне. Радостные крики, восторженные вопли и аплодисменты заполнили подземный город, когда Хранители спустились вниз. Им потребовалось несколько недель, чтобы прийти в себя после войны. В первые дни все отдыхали, восстанавливали силы и весело рассказывали детям истории о своих подвигах во время сражений. Потом начали потихоньку восстанавливать деревню. Конечно, за пару недель отстроили не всё, но этого хватило, чтобы вновь перебраться на поверхность и начать обживать дома.
Кто-то до сих пор терзал Юнну вопросами, как ей удалось победить двух столпов. Дети снова и снова просили её рассказать историю о сражениях, но девушка лишь улыбалась, трепала их по головам и ссылалась на дела, уходя от ответа. За заслуги перед деревней Юнне предложили занять место среди Верховного совета и вернуть Тринадцатого Жреца, но девушка вежливо отказалась, сказав, что предпочла бы вернуться в свою хижину вместе с Митсу. Некоторые из Жрецов были удивлены, получив такой ответ, а кто-то понимающе улыбнулся.
-Значит, вернёшься в хижину? –спросила Лин, прогуливаясь с Юнной по улицам деревни. Повсюду кипела работа, и жизнь бурлила через край.
-Да, -кивнула Юнна, -думаю, я заслужила немного отдыха. Да и надо бы навести там порядок, а то почти год я дома не появлялась.
-Но я надеюсь, ты не забудешь свою старуху Лин и родную деревню? Хоть заглядывайте с Митсу периодически, -по-доброму сказала женщина.
-Разумеется, -также ответила Юнна, -а ты, чем займёшься? Вернёшься к должности Жрицы, Лин?
-Нет, я решила отойти от дел, -устало произнесла женщина, -хватит с меня всяких обязанностей. Поживу жизнью обычного, мирного жителя. Научу твою маму играть го, -Лин хитро подмигнула Юнне и обняла.
-Я буду скучать по тебе, -с улыбкой произнесла она.
-Я тоже, -ответила Юнна.
Перед своим уходом из деревни, девушка сходила на кладбище. Она постояла перед могилой отца, что была сделана недавно, а потом навестила Шисуи, аккуратно сложив руки перед собой. Юнна мысленно прочитала молитву предкам и сделал реверанс, преклонив голову перед наставником.
-Спасибо Вам за всё, Шисуи, -с улыбкой на губах сказала она и покинула кладбище, уйдя оттуда с гордо поднятой головой, твёрдой походкой и прямой спиной.
Когда Юнна и Митсу вновь шли по каменной дорожке к своей хижине, то обеих одолевали смешанные чувства. Радость от возвращения домой, и тоска от воспоминаний.
-Не думала, что мы вернёмся сюда без Шисуи, -призналась Юнна.
-Я тоже, -грустно выдохнула Митсу и пошла к двери, -Идём? -Юнна кивнула и пошла следом.
Дом действительно оказался не в лучшем состоянии. Где-то доски стали старыми и дряхлыми. Огромный слой пыли покрывал каждую поверхность. Продукты протухли, как и некоторые лекарства. В первую очередь, девушки занялись уборкой. Затем навели ревизию в подсобке, выискивая плохие лекарства, травы и мази. После этого они дружно сходили за свежими продуктами в мир людей, и Юнна постряпала лавандовые пирожные и мятное печенье.
Чуть позже Юнна заменила треснувшую плитку на новую. Занимаясь этим, девушка невольно вспоминала первую битву с Ависом и тепло улыбалась. Сейчас это выглядело таким неважным. Порой ей казалось, что она видит его. Видит стоящим среди деревьев, пока подметает дорожку. Сидящем на каменном выступе на пляже, когда бегает по утрам. Видит его в лицах людей, отдалённо похожих на Ависа. Но стоило ей хоть раз обернуться, остановиться, как он тут же исчезал.