- Ты действительно надеялась, что все будет развиваться иначе?
- Нисколько. - Я выглянула в боковое окно и продолжила, - но это был бы чудесный сюрприз!.
Софи протянула руку и сжала мое колено. Я набрала в легкие побольше воздуха, и мы двинулись дальше.
Я предложила остановиться в городе и пройтись по магазинам, ставшими на данный момент моими любимыми. Мы также остались на ужин в городе и вернулись на маяк довольно поздно.
Это было на следующее утро, и я понятия не имела, как он вошел. Ворота были закрыты. Рабочие были с этим очень осторожны. Но он был здесь. И он появился, когда я сидела на крыльце с чашкой кофе. Я была одета в светло-серую хлопковую пижаму с ярко-розовым шнурком на талии. В таком наряде и без Софи в качестве подкрепления (она все еще спала, наслаждаясь отдыхом в Калифорнии со мной, вдали от своих обязанностей матери и жены), я не была готова к этому.
По правде говоря, я, вероятно, никогда не была бы готова. Я не была готова к встрече с шерифом Ричардом Брэймсом. Именно он появляется за углом моего маяка в рубашке шерифа, безупречных джинсах и солнцезащитных очках-авиаторах. Красивый, высокий и держащий все под контролем.
Даже сквозь линзы моих темных очков я чувствовала на себе его взгляд. Подойдя к студии, он остановился у подножия лестницы и положил руку на свое узкое бедро.
Я сидела окаменев, подложив одну ногу под себя, а другую босиком затащила на подушку стула, сжимая чашку кофе двумя руками, смотря прямо на него.
Его низкий голос звучал почти как рычание в дюжине шагов, которые нас разделяли.
- Мне позвонили мои коллеги из округа Уолд.
- Пожалуйста… - прошептала я так тихо, что не была уверена, что он меня слышит.
- Мне сказали, что Карен Краудс связалась с ними, чтобы пожаловаться на то, что две грубые женщины появились на пороге ее дома и хватали ее, пытались выбить дверь...
О Господи. Неужели Карен так сильно меня ненавидела?
- Мне придется попросить тебя больше не навещать брата, Энджи. И… - он кивнул в сторону дома - подружка у тебя там, внутри...
- Я только хотела…
- Мне не нужны объяснения.
Семнадцать лет назад ему тоже не требовались объяснения.
- Конечно, нет, - произнесла я.
Не плакать и не вспоминать!
- Хорошо, шериф, - сказала я уже громче. - Уверяю вас, что больше я этого делать не буду. Мы больше не наведаемся к Питеру с Карен. Он резко кивнул, словно касаясь полей шляпы, и сказал: - Я не хотел, но, видимо, придется попросить вас не создавать проблем в городе. Я смотрела на него с открытым ртом. И я открыла его еще шире, чтобы сказать: - У меня нет брата в Пойнт Бонита, который ненавидит меня так сильно, что сообщает в полицию о визите сестры, которая просто хочет наладить с ним отношения! Но, чтобы вы могли расслабиться, я не буду создавать проблем в городе. Он повернул голову, глядя вдаль, так, что я легко рассмотрела дрожащие мускулы на его челюстях и щеках. У него всегда была такая красивая челюсть, сильная, словно точеная. Когда он не двинулся с места, я крикнула ему: - Будут какие-то другие предупреждения, которые вы хотите до меня донести, шериф? Он посмотрел на меня. - Ты же знаешь мое имя, Энджи. - Ты здесь как Навар? - Нет. - В таком случае, не лучше ли этот официальный визит оставить официальным? - окончательно взяла в себя в руки. - Дамы из высшего общества научили вас так разговаривать, или… твой богатый папик? У меня тоже были мускулы на щеках, но ни один из них не подскочил, потому что не стиснула зубы так, как это сделал, должно быть, он. - Наверное, не лучшая идея говорить что-то вроде этого представителю закона, но если вы еще раз назовете Эдвина «моим богатым папиком», я буду вынуждена прибегнуть к насилию. - Если мне не изменяет память, ты не большая поклонница насилия. - Нет, особенно когда кто-то использует это для демонстрации на одном из наркоторговцев с бритым затылком, даже зная о том, что это мой школьный друг. - Учитывая, что мозг у Пола отсутствовал, несмотря на то, что он и был твоим добрым другом, признаюсь, я содрогаюсь при мысли, что надрал ему задницу и унизил его за несколько месяцев до того, как его же девка спустила курок и положила конец его жизни. - Я думаю, мы все узнали на собственном горьком опыте, что у Элис было гораздо больше проблем, чем мы думали. - И как ты догадалась, Энджи, мне это было ясно с самого начала. - Конечно, Навар. Но, как и со многими другими вещами, ты не поделился со мной этим, пока не стало слишком поздно. На его щеке снова дернулся мускул, и он сказал: - Ты знала то, что тебе нужно было знать. Мои брови вздрогнули. - Как-то интересно, я почему-то не догадывалась, что мой лучший школьный друг торгует наркотиками, а моя единственная подруга способна на убийство! - Я покачала головой. - Ой, проститe. Только Вы знали это. - Первая часть - да. Вторая меня шокировала так же, как и тебя. - Ну хоть в чем-то мы испытали одно и то же. -- Ты ее навещаешь? Его вопрос так меня удивил, что я выпрямилась и глубоко вдохнула. - Почему я должна делать это? - Вы были близки. - Она торговала наркотиками и убила своего парня, Навар, - сказала я. - Ты думала, что твой парень был торговцем наркотиками, а он не был. Проблема с этим! Это было чудом, что моя голова не отскочила, учитывая, что его слова поразили меня похлеще, чем пощечина. - И это часть вашего официального визита? - Резко спросила я. - Нет, - спокойно сказал он. - Это доказывает, что твоя задница не останется сидеть в этом кресле или где-нибудь в штате Калифорния. - Так ты отвечаешь за весь штат Калифорния? Это круто! – Я даже похлопала в ладоши. – И нечего выдумывать какие-то причины, чтобы приехать сюда. Ты очень хорошо знаешь, какой осел мой брат! - Напомнила я ему. - Я знаю многое. За тобой проблемы следуют, как тень. - У меня сейчас нет проблем, не выдумывай. – Я поднялась. - Я давно забыла о всяких поганцах, которые каким-то непонятным образом умудрились влезть в мою жизнь. И, думаю, тот, кого я придумала… Да, это я о тебе! Его никогда не было. - Естественно, зачем вспоминать о тех, кто не смог купить тебя! Как круто ты проводила время с этими наркоторговцами? Забыла, что ты даже не думала о том, где они берут деньги? Ты забыла, что даже не интересовалась их увлечениями? Ясное дело, тебе было удобно. А потом нашелся этот муж. Вот он-то и перекупил тебя у твоих дружков. Вот теперь мое лицо напряглось. - Если ты зкончил с оскорблениями, я бы хотела продолжить свое утро так, как планировала до твоего появления здесь. – Я сел в кресло. - Мне нравится кофе, вид и одиночество. И ты... - И эта твоя подруга, Энджи, держи ее под контролем. - Она мать двоих детей, - сообщила я ему. - Она прокляла мужчину на пороге его собственного дома, а он даже не знал ее имени. - Она была расстроена из-за меня, - защищала я ее. - Это не оправдание, и это для меня не шутка. Я поджала губы. - Не то чтобы здесь ничего не происходило, но у нас нет афроамериканских гангстеров, наркодилеров. Мы не имеем дело ни с засранцами, готовыми затопить улицы наркотиками, ни с их подругами, выбивающими мозги своих парней так, что можно было бы убить трех кроликов одной пулей. Бросить его, чтобы закрепиться в банде другого плохого парня и расчистить себе путь к постели главаря банды. - Навар, это случилось семнадцать лет назад. - Понятия не имею, чем ты занимаешься, но ты здесь совсем недавно, а мне уже звонили из шерифа соседнего округа с просьбой поговорить с тобой и предупредить, чтобы ты держалась от некоторых подальше. - Софи уезжает на следующей неделе, - сказал я ему. - Отлично. Ничего хорошего я в этом не видела, хотя, должна признаться, в последнее время поддержки я от нее не чувствую. Наоборот, она похожа на какой-то вихрь, от которого я отдыхаю только ночами. - На маяке все будет спокойно, - продолжила я. - Отлично. – Повторил он с тем же выражением. - Так, теперь мы можем положить конец этим воспоминаниям? Он не снимал солнцезащитные очки во время нашего разговора, так что я не видела его глаз. Однако я ясно поняла, что его взгляд изменился, потому что жар,исходящий от него, казалось, обжигал мою кожу. Даже его голос изменился так, что я не совсем поняла, когда он низким, охриплым, неразборчивым голосом сказал: - Да, это воспоминание определенно может закончиться. И это действительно закончилось, потому что Навар снял руку с бедра, повернулся и ушел. Я проследила за ним глазами, и только тогда понял, как точно он бьет в мое сердце. Он давно исчез из виду, когда я наконец повернулась к морю с намерением сделать глоток кофе. Но я не могла этого сделать, поэтому отложила чашку и шагнула вперед. На крыльце я наклонилась вперед так, чтобы грудь и живот коснулись бедер, и я закинула руки на шею сзади. Я глубоко дышала, потому что мне хотелось заплакать. Но я бы не стала плакать. Я поклялась себе после того, как закончила разговор с Софи по телефону, что больше никогда не допущу того, чтобы Навар мог заставить меня плакать. На это у меняушло много времени. После этого я взяла свой кофе и пошла его подогреть. Я шла на кухню уверенно и радостно, ведь я выиграла эту битву. Я не заплакала.