Холлоуэй ударил по ней не через идеосферу. Он ударил по-земному, грубо и жестоко. К ней нагрянула «пожарная инспекция» с внеплановой проверкой и выписала огромный штраф за «несоответствие нормам противопожарной безопасности» и «несанкционированную перепланировку». Ей пригрозили закрытием.
Миссис Поттер, не имея денег на штраф и адвокатов, в панике связалась с Амели через телеграф: «Они закрывают меня. Я не могу… Я теряю свой дом».
Амели почувствовала волну отчаяния, прокатившуюся по сети. Слабый узел дрогнул и начал гаснуть. Если он погаснет, это ослабит всю сеть. И, что хуже всего, это покажет всем остальным Хранителям, что они уязвимы. Что Холлоуэй может уничтожить их простой бюрократической дубинкой.
Совет собрался на экстренное заседание в «Пенумбре». Лица у всех были мрачные.
— Мы не можем заплатить за всех, — констатировал Теодор. — У нас нет таких денег.
— Запугать его мы тоже не можем, — добавил Барнаби. — У него больше muscle.
— Это ловушка, — сказала Элоиза. — Он проверяет нас. Сможем ли мы защитить своих.
Амели молча смотрела на карту, подаренную Пенниуортом. Ее взгляд скользил по линиям, ища ответа. И нашел.
— Мы не будем его запугивать и не будем платить, — сказала она тихо. — Мы его переиграем.
Она указала на карту.
— Вот здание муниципалитета, где находится отдел пожарного надзора. А вот — старая линия пневмопочты, которая проходит прямо под ним. Она не используется, но… теоретически, если послать по ней определенный резонансный импульс… он может создать ощущение… скажем,
легкой, но постоянной тревоги. Неопасной, но крайне неприятной. Достаточно, чтобы чиновники захотели поскорее решить проблему и забыть о ней.
Все смотрели на нее с изумлением.
— Ты предлагаешь атаковать муниципалитет? — ахнул Теодор.
— Нет, — улыбнулась Амели. — Я предлагаю создать им… невыносимые рабочие условия. До тех пор, пока они не отменят штраф и не закроют дело миссис Поттер. Мы не причиним никому вреда. Мы просто… поможем им принять правильное решение.
Это была рискованная игра. Но другого выхода не было.
Камилла разработала «аромат тревоги» — легкий, но навязчивый запах гари и озона. Теодор и Амели настроили резонатор «Пенумбры» на частоту старой пневмосети. Элоиза через свои каналы выяснила расписание работы нужного кабинета.
В назначенный час они провели «операцию».
Через два дня миссис Поттер прислала восторженное сообщение: «Инспекция внезапно пересмотрела дело! Штраф отменен! Говорят, у них в офисе была какая-то проблема с вентиляцией, все нервничали. Слава богу, что это закончилось!»
По сети пронесся вздох облегчения. Слабый узел не погас. Он стал еще сильнее. И все Хранители поняли: они не одни. За них готовы бороться.
Амели стояла у карты в «Пенумбре» и смотрела, как узел миссис Поттер снова загорается ровным светом. Она не испытывала радости. Она испытывала тяжелую ответственность.
Она начала эту войну. И теперь она должна была ее вести. Не только за себя, но за всех, кто доверился ей.
Она больше не была просто хранительницей магазина. Она была генералом армии призраков. И ее солдаты были повсюду.
Глава 19. Цена гармонии
Победа в деле миссис Поттер стала переломным моментом. По сети Хранителей пронеслась волна уверенности. Они были не беззащитными энтузиастами — они могли дать отпор. Пусть и призрачный, пусть и неосязаемый, но отпор. Количество желающих присоединиться к сети росло в геометрической прогрессии. Теперь уже не Амели искала союзников — союзники находили ее сами.
Но с ростом силы росли и проблемы. Сеть стала слишком большой, слишком сложной для ручного управления. Амели уже не могла лично контролировать каждый узел, как раньше. Инциденты участились.
В одном из районов местный Хранитель, владелец мастерской игрушек, в попытке «поднять настроение» кварталу, создал резонанс такой силы, что все механические игрушки в округе ожили и устроили карнавал, едва не приведя к панике. В другом месте попытка двух Хранителей скоординировать свои действия привела к конфликту резонансов и кратковременному «идеологическому шторму», в ходе которого жители часами спорили о ничтожных вещах, не в силах остановиться.
Амели была как авиадиспетчер, пытающийся в одиночку управлять воздушным движением над мегаполисом во время урагана. Она едва ли спала, ее руки дрожали от постоянного напряжения, а в ушах стоял непрерывный гул тревожных сообщений и просьб о помощи.