Мы исследуем друг друга. Поглощаем удовольствие и дарим друг другу. Такого со мной еще не было, чтобы обычный поцелуй возносит настолько высоко. Он окрылил. Он дал почувствовать полет, которого лишен.
Впитываю ее податливость и отдаюсь на волю чувств. Поглощаю и щедро делюсь взамен. Отключаюсь до такой степени, что не отслеживаю, что с нами происходит. Забываю об опасностях и живу моментом.
Еще один рывок и мы кубарем летим на землю. Переворачиваюсь в воздухе, и девушка оказывается на моей груди. Мы смотрим друг другу в глаза, и момент плавно ускользает от нас. Постепенно флер поцелуя проходит, и на смену этому не передаваемому чувству приходит не менее сильное – боль. Морщусь, и Карина подскакивает с меня как ужаленная.
Глава 7. Карина
Глава 7
Когда я увидела проступившую кровь из порезов, которая уже окрасила красным рубашку парня, ни про какие поцелуи или желания побыть подольше в его объятиях и речи больше быть не может.
Встав, тяну Дагара за собой, чтобы побыстрее добраться до дома. Пока еще не знаю, что буду делать, но то, что нужно подлатать парня, – это однозначно. Мало ли, может, на кончиках перьев таких безобидных на вид птиц был какой-то яд или еще что-то.
Подлажу ему под плечо и поддерживаю всю дорогу до домика. Парень ворчит и говорит, что не при смерти и я слишком сгущаю краски. Но как тут можно остаться равнодушной и не помочь, когда он истекает кровью?
К такому жизнь в городе со скорой помощью не готовит. Придется выуживать из памяти все, что знаю про первую медицинскую помощь. Дойдя до дома, уговариваю его лечь в кровать, но Дагар упрямится. Тогда в ход идут угрозы.
– Или ты ляжешь и дашь мне обработать порезы, или я тебя привяжу к кровати! – упираю руки в бока и показываю всю серьезность намерений.
Но парень на это только кривовато улыбается, а потом и вовсе смеется. Но сразу же морщится. Ага, вспомнил, что ранен.
– Так уж и быть, дам о себе позаботиться, – произносит лениво, будто я нуждаюсь в помощи, а не наоборот.
Но я чувствую себя виноватой. Если бы не полезла нюхать цветы, то он не пострадал бы. Поэтому проглатываю его форму общения.
– Дагар, я быстро наберу воду и приду. Разденься пока. Нужно понять: только грудь пострадала или ниже тоже.
– Разденусь, – слишком быстро соглашается.
Он не воспринимает мои слова всерьез. Ведет себя так, будто это пустяк. Но его беспечность может после дорого обойтись. Выхожу во двор и набираю чистой воды из колодца, возвращаюсь в спальню к парню с чистой тряпкой и миской воды.
Усилием воли стараюсь не вспоминать наш поцелуй и не рассматривать его практически обнаженного, а сконцентрироваться на порезах. Присаживаюсь рядом с ним на кровати и начинаю смывать кровь. Он кладет руку мне на колено, скидываю. Но он возвращает на место.
– Дагар, я вообще-то лечу тебя! – возмущаюсь, потому что он сильно отвлекает от процесса.
Его прикосновения сложно игнорировать.
– А ты не отвлекайся, лечи дальше.
– Убери руку, – прошу миролюбиво, но он игнорирует мою просьбу.
Тогда с нажимом провожу тряпкой по порезу, и он шипит сквозь стиснутые зубы. Вижу, что старается не показывать, насколько ему больно. Мужчинам вообще словно проявлять слабость.
И, видимо, он предпочел бы истекать кровью, только бы все считали его всемогущим и не нуждающимся в помощи.
– Злая и коварная, – произносит мнимо обиженным тоном.
– Ну, ты бы еще надул губы для пущей убедительности, – подтруниваю над ним.
А Дагар наглеет все сильнее. Теперь он выводит какие-то замысловатые узоры на колене. Хорошо хоть я в джинсах, и плотная ткань не дает в полной мере ощутить его прикосновения.
Порезы промыты, кровь медленно, но остановилась. Сюда бы еще мазь какую-то, чтобы не занести грязь в открытую рану и заживляющую.
Но где мне ее взять в такой глуши?
Спрашивать про аптечку, наверное, глупо. После моего попадания в дерево больше не сопротивляюсь и верю словам парня, что мы в другом мире. Такого просто не могло случиться в моем мире, а только в выдуманных историях. Но, как оказалось, в нее можно попасть и в жизни.
– А в доме есть лекарства?
Может, здесь есть аналоги наших?
Или ему они не нужны?
– Я не шарил по всем комнатам, – фыркает парень.
– А может, тебе не нужны лекарства? Может, у тебя есть регенерация? В нашем мире в книгах описывают чудесные выздоровления с ее помощью.
Смотрю с надеждой в глаза парня, а в них пропадает блеск. Будто затронула больную тему. Как-то резко расхотелось с расспросами приставать. Он отворачивается от меня. Решаю больше не беспокоить, а поискать самой.