Мы вышли еще в один такой же зал, и еще.
Сколько же тут заключенных было?
Я думал что двери, ведущие из очередного зала, будут вести наверх, но нет. Мы спускались глубже под землю.
— Так кто же вы тут все такие? — спросил у спины профессора. Бывшего уже.
— Мы — ученые, Элиот.
— Больше похоже на секту. К чему маски? — мы прошли очередную лестницу. Дальше двери вели только к небольшим комнаткам, и снова к лестнице вниз.
— Наемники хотят остаться неизвестными. Это их инициатива, — Луар открыл мне двери, пропуская вперед и меня и охрану.
Пока мы шли, я надеялся, что псина где-то поблизости, и я смогу что-то придумать. Серьезно размышлять над его предложением я не собирался. Отметил оружие у ребят, задумался, успею ли выхватить его. Еще бы отвлечь профессора. А еще лучше потерять по пути.
— Понятно, — отозвался, — А что за исследование такое?
— Сейчас сам все увидишь.
Мы вошли в огромный круглый зал, в котором ярко горели факелы на стенах, и под куполообразным потолком висело много светляков. На нас отвлеклись несколько ученых:
— Что тут происходит, Лу? — спросил серовласый мужчина под сорок.
— Хочу подтолкнуть адепта к сотрудничеству, — меня повели к центру, где возвышалось «нечто». Я напряг зрение. Похоже на черный монолитный камень.
Когда до цели оставалось всего несколько метров, профессор потянул ко мне руку, останавливая. Но он опоздал. Я сам замер как вкопанный.
Твою мать….
— Впечатляет? — Луар явно был доволен моим ошеломленным видом.
Не то слово.
Издалека было похоже на камень, но вблизи было очевидно, что это темное стекло. Или что-то подобное. Гроб, а это был именно он, имел много граней, будто огромный алмаз. В свете факелов выглядел очень жутко и чарующе одновременно. Особенно завораживало то, что внутри был мужчина. Молодой, буквально на пару лет старше меня самого. Из-за цвета стекла, невозможно было разглядеть его магию, но совершено отчетливо было видно, что он свеж, и будто бы жив. Будто спит, и сейчас откроет глаза.
— Кто это? — спросил. По спине пробежался табун мурашек.
— Сопоставив информацию, которую мы смогли найти, мы пришли к выводу, что это маг, времен Предтечи. Вернее, он и есть — наш предок.
Я посмотрел на профессора, надеясь, что ослышался. Потому что если это правда, то передо мной маг, не имеющий себе равных в наши дни.
— Так вот зачем вам мертвая вода? Хотите оживить его? — мой голос сел, до хрипоты. В горле так сильно пересохло. Я прокашлялся.
— Он жив, Элиот, — я резко повернул голову на профессора.
Шутите?!
— Его душу привязали к этому саркофагу, чтобы он не мог его покинуть. Пожизненно заключенный. Высшая мера. Сама оболочка исписана такой сложной рунической вязью, что мы несколько месяцев пытаемся ее расшифровать. Судя по всему, она поддерживает его организм, чтобы он ни в чем не нуждался. А освободить его может «вода мертвых», как они ее раньше называли. Она снимает оковы с душ. С тобой ведь это произошло? Твою ведь пленил демон?
— Я ничего не помню, — прервал допрос. — Это он вам рассказал, — я кивнул на живой труп, — что его освободит? — у меня было чувство, что если долго смотреть магу в глаза, он их откроет. Я передернул плечами.
— Нет. Нашли отрывки с ритуалом освобождения заключенных. Там упоминается эта вода, но подробностей, увы, нет. Для этого нам нужен ты.
— Откуда вы знаете, что я могу что-то знать?
Я молчу про остальное.
— От того, кто передал нам саму воду. От того, на кого мы работаем.
— И кто это? — я замер, боясь упустить имя или не расслышать.
— О, тебе это знать не зачем. Ты лучше подумай, какие возможности, какие знания откроет перед нами этот человек. Это будет огромный шаг вперед для нас. Мы ведь не знаем, и тысячной доли того, что знали они. Только представь….
— Секундочку, — я его оборвал. — Я, конечно, все представляю. Но. Вы же поняли, что его пожизненно заключили тут, не потому что он кому-то окно разбил. И вы, правда, хотите выпустить опаснейшего преступника?
Ну, вы и идиоты.
— Элиот. Он ничего не успеет. Мы все продумали.
Ну-ну.
— Я в ваши игры не играю, — бросил. — Скажите, перед тем как расплавите мой мозг, кому я этим всем обязан?
Мне хотелось поскорее уйти из этого жуткого места. Готов даже сразу к Шерри на свидание.
— Жаль, — сказал профессор. Он с таким обожанием смотрел на мага за стеклом. Родители на своих новорожденных детей так не смотрят.
Безумец.
— Проводите Элиота к Шер, — меня моментально взяли под руки.
— А ответ?! — выкрикнул. По залу прошло эхо, усиливая мой голос. Меня потащили к выходу на буксире, сильно выворачивая скованные наручниками руки. Уже в дверях профессор развернулся:
— Вы его получите. Скоро.
Глава 42
Меня выволокли из зала, уже не щадя как прежде. Я предпринял попытку вывернуться, за что получил по шее и рухнул на колени. Что-то хрустнуло, и ногу пронзила непривычная, острая боль. Меня быстро подняли, и я увидел на том месте, где приземлился красное пятно.
Не может быть.
Я думал, меня обыскали, и ампулу с наркотиком отобрали, но нет. Она каким-то чудом провалилась в штанину и застряла, удерживаемая сапогом. Судя по тому, как печет ногу, осколки ампулы впились в ногу, и красная муть попала прямиком в кровь. Чувствую, скоро мне станет ну очень весело. Во всех смыслах.
Еще несколько лестничных пролетов я чувствовал жжение в голени, и переставлял ноги по инерции. Но вот боль начала затихать, последний подъем подарил чувство, будто я нырнул глубоко под воду. Зрение стало мутным, движения — заторможенными, плавными, голоса эльфов — приглушенными. А сколько сил мне стоило сделать шаг. Меня взяли под руки и потащили. Видимо решили, что из-за падения я повредил ногу, потому такой тормоз.
Свет в зале с моей камерой, резко ударил по глазам. Каждый светляк двоился, троился, а потом и вовсе принимался кружить вокруг меня. С трудом удалось сфокусировать взгляд на менталистке.
— Он весь ваш, — меня усадили в знакомое мне кресло и приковали.
Я старался держать лицо, будто ничего не происходит, но дурацкая улыбка из-за удачи с наркотиком не покидала своего места.
— Что-то смешное увидел? — спросила Шер, поднимая мне одно веко, затем другое.
— Представляю, как вам будет весело, когда разбудите мага, — это было частично правдой.
— Умом тронулся? — спросил один из ученых, который ранее предлагал вступить в их ряды.
Я осмотрелся. В комнате оказалось очень много народу. Охранников только штук восемь, двое ученых, которых я не знал, один знакомый и менталистка.
— Не похоже, — ответила девушка. — Притворяется, скорее всего.
— Он на пьяного похож.
Вредный наблюдательный старик.
— Вы его без присмотра не оставляли? — девушка разжала мои челюсти и влила какой-то сладкий отвар.
— Нет, ни на миг, — ответил провожатый.
— Элиот, — властный голос проник в самое сознание, — Ты слышишь только мой голос. Все посторонние звуки уходят. Ты слышишь только мой голос. Ты подчиняешься моему слову, моим внушениям.
Абсолютно. Нет.
Я понимал, что что-то должно происходить, но ощущения не изменились. Я даже слышал, как кряхтит ученый, устраиваясь на лавочке удобнее. Как я его понимаю. У меня тоже задница затекла от жесткого металлического стула.
— Элиот. Ты так устал. Ты засыпаешь. Ты спишь. Тело расслабленно, мышцы расслаблены. Дыхание ровное. Ты спишь. Ты спишь. И видишь сон. Расскажи мне его. Тебе там семь лет. Ты видишь красивое оружие. Ты хочешь прикоснуться к нему. Расскажи мне, что ты сделал.
Несмотря на мою уверенность, что я не поддался этим фокусам, я увидел картину. Реальна ли она была, или навязана менталисткой, я понять не мог.
— Эл, нас накажут, — тоненький робкий голос, заставил обернуться. Девочка стояла возле двери и мяла в руках подол платья. Мне нравилась эта девчонка. С ней было весело. Но сейчас она была напугана. Я от нее такого не ожидал.