— На здоровье, — улыбнулась. И спохватилась, когда я понес его в комнату, — Ты не будешь его брать?
— В академии нет такой необходимости, — ответил. — Не хочу, чтобы кто-то пострадал, случайно притронувшись к моему оружию.
— Мне было бы спокойнее, — сказала грустно. — По нему тебя, если что, смогли бы найти Альфа и Омега.
Я остолбенел. Это выходит что? Она предложила демона обернуть в меч, чтобы я был в большей безопасности?
Так он и так был рядом. Правда, появись он весь такой красивый среди академии уравнителей, недолго ему улыбаться и радоваться.
Они сильны против магии, быстры, хитры, но старое доброе серебро и кучка разозленных этой наглостью адептов, и сам Сатанакия не устоит.
— Нашел, кого в пример представить, — возмутился меч. — Этого труса и слабака. Только и умеет, что приказы раздавать да хвостом крутить перед начальством.
Да-да. Как скажешь, великий и ужасный.
— Я вроде бы больше никому не нужен. Так? — посмотрел на Д’авэля.
— Ну да, — кивнул. — Помимо обычных «доброжелателей».
Это само собой. Но в академии меня не трогают. Обычно. Только эльфы исключение.
— Видишь. Все в порядке, — сказал Лии. — Не переживай. Не пропаду.
— Не буду. Если возьмешь его, — настояла. И смотрит так требовательно, посмею я ослушаться, как же.
Ла-а-адно. Мне в принципе не сложно.
Только причины не понятны.
— В чем дело? — спросил.
— Ни в чем.
Неубедительно.
Я догадывался, что она волнуется, что я снова пропаду, не сказав ни слова, и она будет переживать. Как и догадывался, что это на случай «Рейвен взбесился». Но мы вроде как заключили перемирие.
Надеюсь.
— Я его возьму, чтоб тебе было спокойнее. Но вечером хочу видеть тебя с косой на ринге. И это не обсуждается, — поставил точку в разговоре и развернулся на выход.
Пора это волнение прекращать. А то опустили меня по силе ниже плинтуса.
До меня только долетело, как свистнул эльф, и крикнул:
— Такое я точно не пропущу!
Кто бы сомневался.
Глава 58
На лекции речь шла о ловушках, а именно: какие применять для разных видов нечисти, для достижения максимальной эффективности. Хоть я и не видел в них смысла (мне проще выйти на след и напасть при обнаружении, чем истыкать лес ловушками), тем не менее, я внимательно слушал и делал записи, когда в мои мысли ворвался голос:
— Заключим пари?
Какое?
— Ты проиграешь.
Я это и так знаю. Я не собираюсь избивать свою девушку.
На самом деле я очень даже хочу проиграть. Особенно если на ней будут те обтягивающие штаны и рубашка… Лия, да с холодным оружием в руках….
Черт!
Д’авэль там явно будет лишним.
Надо устроить ему веселый вечер, и я знаю, кто может в этом помочь.
— Кто?
Ты.
— Я?
Ага. Ритуал выкладывай. Я записываю.
— В общем, берешь воду….
Стоп. Лучше расскажи, что происходило в тот день. Подробности приветствуются. Ты ведь помнишь?
— Еще бы. Захочешь, не забудешь.
— Тео! — душераздирающий вопль раздался на все хранилище. Мужчина, листающий в этот момент очередной ценный гримуар в специальных перчатках, сорвался с места, позволив уникальной книге рухнуть на пол и развалиться на тысячи страниц.
— Лия?! — он преодолел пространство хранилища за считанные секунды. Вцепился в перепуганного ребенка, осматривая ее на наличие травм. Просто так ребенок бы не закричал. Что-то случилось. И….
Где мой сын?
— Там, — заплаканная девочка указала на оружейную, — Он не дышит. Не дышит.
Догадка молнией прошибла мужчину, выжигая все эмоции, кроме страха. Он оттолкнул малышку и вбежал в помещение, чтобы убедиться, что худший из кошмаров настиг его.
О нет. Элиот….
— Который меч? — крикнул на перепуганную девочку, чего не позволял себе никогда.
— Этот, — она дрожала как тоненький стебелек, размазывая слезы по щекам. — С ним… с ним…, - она всхлипывала, и это лишь прибавляло огня в этот ад наяву.
— Наверх. Быстро! — прикрикнул на нее, прекращая обращать внимание на ребенка. Захлопнул жестом двери, отрезая себя от остального мира.
На подгибающихся ногах подошел к телу сына. Он лежал, будто брошенная кукла. Сломленная древним коварным существом.
— Верни мне сына, — Тео вытащил меч, и разжал ладонь. Меч что есть силы, вошел в лезвие зеленого меча, высекая искры и жизнь из соперника. Под натиском Белиалла безымянный меч раскололся на несколько фрагментов, моментально обернувшихся в прах. На месте, где секунду назад лежал живой меч, осталась крохотная капля мягкого света. Она медленно, настолько, что Теодор сосчитал, сколько капель пота стекло с его лица, опустилась к груди мальчика и проникла в тело.
Он напрягся, ожидая вздоха. Трепета ресниц. Хоть чего-то. Но ничего не происходило.
— Он не может вернуться, — проскрипел демон. — Я бессилен.
Мужчина напряженно думал. Души обычно всегда возвращались. Всегда! Но эта тварь вырвала ее с корнями. Сын здесь, с ним, и не здесь, одновременно. Живет, отдельно от тела. Возможно, есть способ, скрепить их вновь.
— Потерпи сынок, — он подхватил мальчика на руки и пинком открыл дверь. Заметил сидящую на полу напротив малышку, но ему сейчас не до нее. До его цели так далеко! С такой надеждой он еще никогда не бежал к клетке.
— Адепт Свон?
— А? — я вернулся в этот мир.
— С вами все хорошо? — профессор и другие адепты сейчас напугано смотрели на меня.
— Да. Все в порядке, — соврал.
Ни хрена у меня не в порядке!
— Вы уверенны, что вам не нужен врач? — не отставал маг. — Вы дышите на всю аудиторию, будто марафон бежите. И бледны.
— Прошу прощения, — я собрал вещи в сумку, утер рукавом пот со лба. И больше не сказав ни слова, под шокированные перешептывания, покинул аудиторию.
— ЭТО ЧТО МАТЬ ТВОЮ СЕЙЧАС БЫЛО?! — влетел в туалет, предварительно хлопнув дверью так, чтобы все, кто хотел зайти следом по делу, резко передумали. Остановился напротив зеркала, сбросил на пол сумку и открыл холодную воду. Умылся.
— Ты же хотел узнать, что было, — возмутился Белиалл.
— Это какой-то странный садистский способ мне все рассказать! — я прислонился спиной к холодной стене. Волосы до сих пор стояли дыбом от пережитого ужаса. Увидел себя мертвым, и прочувствовал всю гамму эмоций, которую ощущал отец.
Чертов демон! — я мысленно оторвал ему рога. — Отправлю в бездну, дай только дыхание перевести!
— Я все слышу, — протянул. И снизошел до объяснений, — Ты же знаешь, что мы, демоны, ничего не чувствуем. Не переживаем эмоции, на которые способны вы. Потому мы так ценим ваши души. Пожирая их, мы на краткий миг обретаем возможность ощутить малую часть тех переживаний. Ярче всего вы помните страдания, кстати. Любые другие чувства мгновенно забываются, а вот боль вы долго носите в себе.
К чему ты все это мне рассказал? Я это и так знаю.
— Согласись, мы за эти болезненные ощущения подписываем весьма выгодный для вас договор. Исполняем все ваши мельчайшие пожелания и приказы. Так чем ты сейчас не доволен? Ты хотел знать, что было в тот день? Так кто, как не душа Теодора, поведает тебе все лучше всего?
— Ты что сожрал ее? — спросил, глядя на меч, будто в глаза этому засранцу. Я понял, что он старался исполнить приказ на самом высоком уровне. И чуть не свел меня этим с ума. Но даже больше этого меня сейчас взволновал тот факт, что эта рогатая тварь сожрала душу моего отца!
— Конечно! А на что, по-твоему, мы договор заключили?
На души, которые получишь, в процессе служения.
— Это дополнительный бонус. Главный приз — Теодор Дюран. Тот, кто подписал договор.
Я приказываю тебе его отпустить.
— Не выйдет. Это плата за мои услуги.
В таком случае, за неповиновение, ты потеряешь все остальные, что скопил.