Вдруг пальчики Даши на моей руке дёрнулись. Один раз, второй, третий.
- Очнулась – прошептала я, не веря, что у нас всё получилось.
Я была услышана, и мужчина устремился к своей дочери. Останавливать и отвлекать внимание на себя не стала. Всё-таки они это заслужили и долго ждали. Прислонившись к стволу, продолжала сидеть, отдыхая от всего, что взвалила на свои хрупкие плечи. Не ожидала я, что будет так тяжело. Сил не осталось, встать сама не смогу. Хранитель молчит, видимо тоже устал. Надеюсь, восстановлюсь, а то по ощущениям я труп. Мысли текли вяло, усталость брала своё. За деревом слышались всхлипы и причитания, под размеренность которых я засыпала. Всё завтра. Мне было уже безразлично, что я в одних трусиках сижу под деревом, и днём меня могут увидеть. Плевать.
Глава 12.
Сознание уплыло, не заметив, как нижние ветви колючего защитника укрыли хрупкую девичью фигурку, доверчиво обнимающую ствол.
Во сне я летала (или парила) над миром. Второй, за моё пребывание здесь, я увидела мир Энор с высоты птичьего полёта. Это было интересно и захватывающе. Вначале я кинулась в лес, пообщаться с меллорном. Покружив, в виде бесплотного духа, некоторое время по старым местам и поняв, что ничего не получается, я развернулась и полетела обратно к своему телу. И нашла его под деревом, на том же месте, укрытым заботливой елью. Погладив защитника и поблагодарив мысленно, хотела вернуться обратно, но не получилось. Следующие попытки тоже не дали положительного результата. Гадство, неужели я настолько переутомилась? Это не есть «гуд». Одной скитаться в таком качестве? Бр-р-р.
Лучше тогда дома, на Земле, остаться, там хотя бы родные. И только я успела подумать, меня затянуло в какую-то неведомую воронку. Вот чёрт. Выругалась я уже в спальне родителей, оглядываясь по сторонам и не веря в свою удачу. Мама, родненькая, спит. Морщинки на лице углубились, синяки под глазами. Общую усталость не скроешь. А рядом моё солнышко сопит, свернувшись калачиком и уткнувшись в подушку. «Спасибо Боже, что повидала родных» - прошептала я со слезами на глазах. Радость и нежность затопила всё естество.
- Машенька? – позвала мама.
Глянула на неё. Неужели видит меня? Нет, спит. И во сне зовёт.
- Да, мамочка, я здесь, моя хорошая – откликнулась, глотая слезы. Хотя какие могут быть слёзы у бесплотного духа? Ведь это реакция организма. Однако, по ощущениям, я уже ревела в три ручья.
- Доченька?
- Мамочка, я пришла сказать тебе, что у меня всё хорошо. Я живу. Только в другом мире. Не волнуйся за меня, я люблю тебя и всех вас. Позаботься, пожалуйста, о Дашеньке.
По мере моего монолога морщинки разглаживались, а на лице появилось спокойствие.
- Хорошо – прошептала спящая женщина.
А я почувствовала, что меня опять затягивает куда-то.
- Мамочка, я ещё раз постараюсь с тобой связаться. Люблю вас.
Едва успела сказать, как очутилась около ели и своего тела.
Да-а-а. Дела. Но, хорошего понемножку. Решив, что уже пора приходить в себя, попыталась влезть в тело. Войти – вошла, но остальное – обломись. Тело отдельно, душа – отдельно. Так, не паниковать, кому сказала – давая мысленно себе пощёчину. Может ещё не время? Или какое-то условие нужно выполнить. Знать бы ещё, какое – пригорюнилось я. Другие бы многое отдали за такой опыт, а я сижу, грущу. Может и мне как-нибудь пошалить? – закралась мыслишка. Только с кем? Не знаю. Эх, на Земле бы разгулялась, а здесь этот тяжёлый день никак для меня не закончится.
За переживаниями не заметила, как подошёл Ротмир и забрал моё тело в дом. Вот же я эгоистка, у него же обезболивание должно было закончиться. Мучится всю ночь будет. Это в лучшем случае. Надеюсь, что завтра проснусь. Полетела следом. Новонареченные родители ходили потерянные и озабоченные. Уложили меня рядом с Дашей на свою кровать, погладили каждую по голове, поцеловали по очереди и ушли во вторую комнату. Следить за ними не стала, ясно же спать собрались. А мне скучно и грустно.
А если? Суженый, ряженый, явись ко мне наряженный! – промелькнуло в голове с улыбкой, а меня затянуло в знакомую воронку и выкинуло. Гадство. Опять вляпалась. Через что-то пролетела, и упала в …ТЕЛО!!! Дернулась убегать, не тут-то было. Я внутри! А сверху кто-то лежит и дышит прямо в ухо. Конечности свои не ощущаю, дышать трудно. Еле голову в сторону отвернула. Окно. В нём луна. Тьфу, ночное светило. Пытаюсь пошевелиться, безрезультатно. Хотя ноги почувствовать удалось. И они оказались раздвинуты!!! Холодный пот окатил меня с головы до пресловутых ног. Неужели меня пользуют, а я никак не могу этому помешать? И даже больше. Я это совсем не чувствую! Истерический смех вырвался из тела помимо воли. Хорошее завершение безумного дня. Я смеялась как одержимая, выплёскивая все переживания, боль и нервное напряжение, накопленное за прошедшее время. Было ужасно обидно за себя, и к концу истерики начала плакать, не замечая, что тело сверху исчезло. Потом зашуршало, звякнуло, громыхнуло и ругнулось. Я была полностью погружена в себя и оплакивала прежнюю жизнь. И рук не чувствую. Слёзы потекли с удвоенной силой. Повернулась на бок, чтобы они стекали на подушку. Свернулась калачиком и тихонечко продолжала всхлипывать.
Маркус фон Льёрн.
Усталость накапливалась, напряжение зашкаливало. Всё раздражало. Дворцовые придворные и сплетники ещё больше начали от меня шарахаться. Уже дошло до того, что император, потеряв терпение, приказным тоном, пожелал, чтобы сегодня я навестил Люсинду. Демоны её задери. Сначала мне эта кукла нравилась. Как же. Тело идеально, глазками хлопает, губки дует, сама невинность. После пары вечеров видеть её не могу. Однако выбора особого у меня нет. Искать сейчас новую любовницу это время, которого нет. И не каждая согласится ещё. Что и говорить, на моём теле можно увидеть всю историю покушений на императора и на меня. Характер тоже подкачал. Не могу я лебезить и часами выражать уважение очередной малолетней, и не очень, кокетке. А уж о происхождении, так важном при дворе, и вспоминать не хочется. И не важно, никому, что я богаче половины благородных семейств, и если брать только материальную составляющую, нахожусь в списке самых завидных женихов. Нет, всем подавай высшего, блондина с голубыми глазами, даже если у него ничего за душой нет. Традиции мать их. Никто не хочет мешать свою кровь с грязью и чернью.
В таком ужасном настроении добрался до Люсинды и после необходимых приличию приветствий, уединились в её спальне. Всё происходило как обычно. Скучно и безрадостно, но я к такому уже привык и делал своё дело. У меня стояла задача важнее. Сбросить напряжение. И бездействие куклы не могло меня остановить. Однако, через некоторое время, она захохотала, а затем и вовсе начала плакать. Поняв, что на сегодня всё, выругался и начал одеваться. Настроение ухудшилось ещё больше. Могла ведь сразу сказать, что не в духе, глупая курица. Не съел бы я её. Мрак! Она опять всё переставила. Ударив ногу, взвился я.
- Свет – крикнул, решив, что своё здоровье дороже. К тому же никто и не спит, плач перешел в едва слышные всхлипы. Глянул на кровать и понял, что не смогу уйти. Вот демоново благородство, так и не могу оставить женщину в беде, пусть даже мнимой.
Ещё раз, выругавшись и бросив одеваться, подошел к Люсинде. Она лежала, уткнувшись в подушку, и успокаивалась. Горестно вздохнув, спросил: «Что случилось?»
- Я рук не чувствую – последовал незамедлительный ответ.
Что могло произойти, ведь недавно всё было нормально. Вопросы появлялись, не находя ответа, а руки уже достали лечебный амулет и начал действовать.
Мария.
Я рук не чувствую – жалобно пробормотала я. Глаза не открывала, свет ударил резко, поэтому решила, пусть привыкнуть. Кровать прогнулась, зашуршало. Немного приоткрыла глаз. Надо мной склонился голый мужчина и водил по рукам какой-то железкой. «Наверное, это амулет» – проскочила мысль.