- В столовую, кушать идём, - глядя в серьёзные глаза ребёнка, ответила я на заданный вопрос.
- Но я их здесь кормлю, всегда.
- И что? Не выносила ни разу?
- Нет.
- А гулять, на воздух?
- Нет.
- Как они ещё нормально выглядят, не понимаю? Видать наследственность хорошая. Да, красотуля? – улыбнулась я малышке. Та даже бровью не повела, не то чтобы улыбнуться мне в ответ.
- Вы скоро? – заглянула в проём Даша.
- О! Как хорошо, что ты поднялся. Ну-ка, согни руку. Да-да. Вот так, - подошла я к ней и переложила ребёнка. Развернулась к Ксюше, и пока та нас рассматривала, технично изъяла мальчишку.
- Всё, всем обедать, а то я жутко голоден, а это не есть хорошо, - прошествовав мимо Кира и замершей Даши, боявшейся, с младенцем в руках, пошевелиться.
- Всё нормально, ты её не уронишь, если пойдёшь, - попыталась приободрить сестрёнку. - Учись. Глядишь, через пару-тройку лет свои появятся, - поддела ехидно её. Мысль о еде улучшала настроение.
- Оксан, захвати то, чем ты кормишь малышей, - обернулась я через плечо. – Ну, там бутылочку, куда молоко наливать. Ты же молоком их поишь? – задала припозднившийся вопрос.
- Д-да, - начала от чего-то заикаться она. – Но не бутылочкой, а просто тряпочку окунаю в миску, они и сосут.
Я чуть не споткнулась, представив это действие. Туда-сюда. Это ж сколько раз необходимо повторить движение, чтобы оба ребёнка наелись? Да и тряпочка, не натрёт ли там ничего? Подумав о том, как она стирается и сушится, чуть не попрощалась с содержанием своего желудка. Блин, это же и памперсов нет, и стиральных машинок. А маленький ребёнок это круглосуточная фабрика по переработке еды.
- А кормилицу нельзя было найти? – спросила Дарина. (Ты ж моя хорошая. Как я об этом сразу не подумала? Вот что значит другое воспитание.)
- Отец никого не хотел видеть, запрещал не только их выносить, но и находиться там, - объяснил Кир. – Ксанка на свой страх и риск начала их выхаживать, пока отца не было дома.
Я посмотрела на эту ситуацию с другой стороны. Может и хорошо, что так всё сложилось. Зато дети выжили, Кир пошел учиться и встретил нас. Но будь глава семьи жив, неизвестно познакомились бы мы.
Дойдя до столовой, мы увидели, как старший брат уговаривает младшего потерпеть и ничего не трогать.
- Смотри Кир, запоминай и сделай так, чтобы никто из твоей семьи больше не голодал, - не сдержалась я и перешла к нравоучениям.
- Да понял я уже, пробубнил он, останавливаясь и собираясь садиться на первое место по левую сторону от торца.
- Э-э-э, ты куда? – схватила его за рукав. Благо опыт не пропьешь, и малыш легко уместился не левом сгибе моей руки. – Ты теперь глава семьи, так что занимай своё законное место и не выдумывай. А Ксения на материно. Мальчики перемещаются на ваши. А мы сядем рядом с Ксюшей.
Определив всем места согласно ранга, пошла, занимать своё. Все зашевелились и наконец, уселись. Видно было, что им неудобно.
- Ну что? Хозяин? Скажешь слово? Или как? – подколола я его.
Кир покраснел, стушевался, а я, пользуясь моментом, тихонько спросила у рядом сидящей Ксении: «Как кормить малышей?» Она сноровисто налила молоко в миску, отобрала у меня ребёнка и сама начала совершать механические действия, обмакивая тряпицу в молоко и затем, давая её маленькому. Понаблюдав за этим, силой воли прогнала мысль о возможности вытащить из волшебного рюкзачка все принадлежности для детей, тем самым облегчить быт девушки. Но так сильно «палиться» нельзя. Ведь другие живут без этого, значит и они смогут.
Решив, наконец-то поесть, оторвалась от этого зрелища и только успела отправить первую порцию еды в рот, обратила внимание на соседей с другой стороны.
- Давай девчонку мне, протянула обе руки сестре, отложив вилку. Та, развернувшись, немного подалась ко мне. Видимо ещё боялась случайно навредить. Подхватив одной рукой под шею, а другой под спину, переложила её к себе. Обратив внимание, что Кир уже обедает, и за ним уже начали кушать мальчики. Ну вот, хоть детей накормили, не зря день прожили. Отправив пару кусков мяса себе в рот, вспомнила, что у меня на руках не кормленый ребёнок. Скосив глаза вниз, заметила пристальный взгляд. Эх, была не была. Взяла чистую ложку и зачерпнула молока из соседней миски. Ведь шесть месяцев это не шутки, уже и прикорм вводиться должен, а они всё с тряпочкой возятся.
- Ну что, моя хорошая, - обратилась к малышке, и, приподняв локоть повыше, поднесла ложку к её рту. – Будешь вкусное молочко? Сейчас попьём немного, и твоя сестрёнка сделает вкусную жидкую кашку из какой-нибудь мелкой крупы, - начала я за разговорами поить девочку.
Кир оторвался от поглощения пищи, оценил взглядом обстановку, заметив, что Ксанка заморилась, протянул к ней руки.
- Давай я помогу, кушай сама.
- Ты-ы-ы, но ты же и слышать о них не хотел?
- Я пересмотрел свои взгляды. Мне помогли, - многозначительно глянул на меня.
А я что, я ничего, сижу не отсвечиваю, кормлю ребёнка. Помешкав немного, девушка аккуратно предала малыша в руки брата и обернулась к нам.
- Я так вам благодарна, - слёзы заблестели в её глазах. – Теперь всё будет хорошо, я знаю, - улыбнулась она.
- Кушай, кушай, не отвлекайся, - не стала я продолжать сентиментальные разговоры и разводить сырость. – Ты мне лучше скажи, чего они молчат? Ведь в этом возрасте уже вовсю должны гулить, и движений минимум, - задумалась глубже о несоответствии, слишком бросающимся в глаза. - Малыши себя так вести не должны, - пробормотала, уловив мелькнувшую мысль. А вдруг они тоже помнят прошлую жизнь? Ведь я на своём опыте уверилась в возможности реинкарнации.
- Я не знаю, - прозвучавший голос оторвал от мыслей, - они с рождения тихие. Даже когда сильно есть хотят, кряхтят только.
- Ангелы, а не дети, - оставила своё мнение по этому поводу при себе. – А давайте их назовём? Хочешь, чтобы тебе дали имя? – обратилась я к полулежавшей девчушке, налупившейся молока и усиленно старающейся не заснуть.
- А как? Можно? – обернулась она на Кира.
- Называйте, как хотите, мне всё равно.
- Давайте Вы назовёте, - обратилась она с мольбою в глазах.
- Это же ваши брат и сестра, - попыталась я откреститься от этой чести, ведь имена этого мира знаю только те, с которыми сталкивалась.
- Но вы же их спасли, - настаивала на своём девушка.
Оглядев всех по очереди, заметила в глазах нетерпение, предвкушение, радость, надежду.
- Ладно, - сдалась я. – Только мне нужно подумать. И не смотрите на меня.
Дети кивнули и продолжили есть. А я задумалась, глядя в карие глаза ребёнка.
Как вас назвать? Адам и Ева? Не-е-ет, сморщилась мысленно. Не похожи, ни разу. Евгений и Татьяна? Женечка? Ну не мужское это имя. Кто там ещё был из созвучных имён? Бони и Клайд? А вдруг станут гангстерами? Блин, как всё сложно.
Иван да Марья? Вполне. Красиво.
- А у вас есть какая-нибудь семейная традиция именовать детей? – заморившись перебирать, решила уточнить на всякий случай. Вдруг у них принято называть в честь усопших?
- Какая? – не понял Кир.
- Я откуда знаю? Вы первые двое на букву «К», потом идёт Тони и Ральф, может, есть система, или ещё что?
- Нет, такого не слышала я никогда. Родители нас по-очереди называли. Сначала мама – Кира, затем отец меня. Опять мама – Энтони и папа Ральфа. Отец отказался давать своё имя, раз мать не дала своё.
- Ну ладно, - задумалась я. – Как вам Руслан? – глянула на малыша.
- Красиво.
- И Людмила, - решила ничего дальше не выдумывать.
Ксанка уже хотела кинуться руки целовать, но я жестом её остановила. И отдав малышку, начала полноценно обедать. А то неслыханное дело, сами обедают, а гости голодные.
- Как дальше думаете жить? – через некоторое время нарушила я тишину.
- Придётся бросать Академию и искать работу, - выдал Кир. – Позже поступлю, как детей поставлю на ноги и Ксанку отдам в хорошие руки.
- Ага, а там другие проблемы и препоны появятся.
- Ну что ж, значит такова судьба.
- А если я предложу альтернативу? Только сразу не спеши отказываться, подумай.
- Ну, предложи, послушаю, - ухмыльнулся парень.