Том почувствовал, как напряглась Дженни, поэтому еще раз стиснул ей плечо, молча прося не переступать черту. Дженни не расслабилась, но стояла тихо.
– С юридической точки зрения ты имела право ничего нам не рассказывать, – согласился Том. – А вот с моральной тебе следовало это сделать.
– Это твое мнение! – фыркнула Челси, перекладывая из руки в руку зонт и сумочку. – А теперь, простите, я опаздываю на встречу.
Дженни стряхнула руку Тома и шагнула к риелтору. Она была всего на пару дюймов ниже, но казалось, возвышалась над Челси, когда поднесла палец к испуганным глазам женщины.
– Скажи спасибо, что я задницу тебе не надрала! – прошипела Дженни. – Интересно, муженьку известно про групповуху, которой ты увлекалась в колледже?..
Челси побледнела, образ Снежной Королевы тут же дал течь.
– Что? Я не… – чуть слышно начала она.
– Да все ты понимаешь! – перебила Дженни. – Когда я рассказала сестре про гребаное убийство, которое случилось на моей гребаной кухне, Виктория поведала мне о твоей развеселой студенческой жизни. Моли бога, Челси, чтобы я не оказалась такой свиньей, как ты. – На этом Дженни развернулась, решительно спустилась по ступенькам крыльца, села в машину на водительское место и завела мотор.
– Отличного дня, – слабо улыбаясь, пожелал Том перепуганному риелтору и под усиливающимся дождем зашагал вслед за женой.
Дженни смотрела в окно кафе, пар от чая без кофеина лениво окутывал ей лицо. Тому она показалась грустной, только разве упрекнешь ее в этом? Последние два месяца получились нелегкими. Крошечная студия в Ист-Виллидж уже казалась древней историей.
– Вот это было сильно! – восхитился Том. – Я никогда тебя такой не видел.
– Ну, до ручки доводить ее я не хотела. Только припугнуть слегка.
– У тебя все получилось, – горько усмехнулся Том. – Групповуха… Глядя на сегодняшнюю Челси, о таком думать смешно. С трудом представляю, как она трахается с одним парнем, а тут несколько… Ну, флаг ей в руки!
– Ух, мне так стыдно, что я это ляпнула! Какая разница, кто чем занимался в колледже? Я элементарно сорвалась, – сетовала Дженни, потягивая чай. Они с Томом еще не обсохли после августовского ливня, до сих пор стучавшего в окно крошечной кофейни, что была через дорогу от бара «У Ника». – У меня крыша поехала, когда Андреа рассказала мне об… инциденте на кухне. Все мозги враскорячку.
– Да уж. Работа, плюс… ну, это убийство… плюс домашние хлопоты, чтобы к появлению ребенка подготовиться… Безумие полное.
– Наверное, я слишком закрутилась, прости, – тихо сказала Дженни, глядя в окно на мигающую неоновую вывеску «ОТКРЫТО» на двери бара. – Беременности я очень рада… но порой так хочется пойти туда и оттянуться. Я ведь даже с Малкольмом не знакома. И с его злыдней-дочкой тоже.
– Сейчас она злится не так сильно, – сказал Том, потирая щетину на щеках. Он глянул на свое отражение в зеркале. Благодаря растрепанным дождем волосам, легкой щетине и серой, мокрой от дождя футболке он меньше напоминал корпоративного зомби. Хлебнув кофе, Том улыбнулся своему отражению в зеркале. «По крайней мере, часть моей самости осталась», – подумал он.
– Ну вот, – Дженни снова посмотрела на Тома и криво улыбнулась. – Теперь мне точно невтерпеж с ней познакомиться.
– Я же объяснял, – со вздохом начал Том, – Ханна мне как младшая сестренка, которой у меня никогда не было. Однажды мы с тобой туда выберемся. При последней встрече Малкольм сказал, что, если захочу, я могу выходить на одну смену в неделю. Или сколько мне будет удобно… ну, то есть нам. Может, подумаю об этом, когда мы немного обживемся. Годам к восьмидесяти.
Дженни улыбнулась шире и засмеялась. Том обожал ее смех и слушал с наслаждением.
– Значит, все нормально? – через секунду спросила Дженни и с серьезным лицом подалась вперед. Том вдруг понял, что беременность уже заметна: ее живот немного выпирал на фоне низенького столика. Новая волна эмоций накрыла его с головой, и в глазах вдруг встали слезы. – У нас на кухне произошло жуткое, страшное убийство. И это нормально, да, Том?
Сдерживая слезы, Том взял ее за руки.
– Да, это лучше, чем нормально. Вернемся домой, и я дам пятну жару! Скрести буду, как никто не скреб. Когда в следующий раз ты войдешь на кухню, от пятна останутся одни воспоминания, а скоро и воспоминаний не останется.
– Звучит здорово, – тихо проговорила Дженни.