– Дело не только в волосах, хотя прогресс налицо, я ведь даже не представляла, что у тебя красивые глаза. Но тут другое. Ты ведь полностью изменился. Если бы не знала правду, я заподозрила бы, что тебя заменили двойником! – Виктория засмеялась.
– Так ты права, – подтвердил Том, хлебнув воды. – Я злобный клон, появился, чтобы получать жалованье от хорошего до среднего и ремонтировать развалюху-дом.
– Том, я серьезно. – Виктория заглянула ему в глаза. – Я пытаюсь похвалить тебя, пусть натужно и неловко. Я… потрясена. Честное слово, говорить мне об этом тяжело, я с самого начала не доверяла тебе.
– Я заметил.
Виктория улыбнулась, обнажив зубы.
– Ну что тут сказать? Дженни – моя младшая сестренка. Да, мы часто ругаемся, она здорово меня бесит. Уверена, я ее тоже. Но я люблю ее больше всех на свете.
– И я, – чуть ли не шепотом добавил Том.
– Порой я в это не верила, – отозвалась Виктория. – Казалось, ты слишком поглощен своей жизнью. Работа в баре, бесконечные пьянки, потуги на искусство. Я беспокоилась. За Дженни, за вас обоих. Если честно, я приняла тебя за мимолетное увлечение (у Дженни таких было немало), и новостью о свадьбе она меня огорошила. Я не понимала, зачем ей это.
Том открыл рот, чтобы заговорить, но Виктория не позволила.
– Я не понимала, зачем ей это, – повторила она, качая головой, – но когда увидела вас на свадьбе… Не когда разрезали торт и не в первом танце, а в самый рядовой момент… Дженни смотрела на тебя так, что я поняла: она по-настоящему тебя любит. Я обрадовалась, хотя беспокоиться меньше не стала.
– Я должен сказать «спасибо»?
– Том, я не хочу грубить. Я просто… хочу быть честной с тобой. А во время ужина, который вы устроили, и потом, на вечеринке… Я почувствовала, что ты изменился. Изменился – вырос в мужчину, о каком я всегда мечтала для Дженни. У меня гора с плеч свалилась. Поэтому я решила угостить тебя ланчем, поблагодарить и извиниться, что думала о тебе плохо.
У Тома аж челюсть отвисла. Он ни разу не слышал, чтобы Виктория извинялась, зато знал, как ненавистна Дженни эта неспособность сестры сказать «прости». Сейчас произошло невероятное. Грандиозное. Том подавил изумленную улыбку.
– Спасибо, – сказал он вслух. – На полном серьезе, спасибо.
– Не за что, – ответила Виктория, и тут вернулся официант с подносом, заставленным тарелками. Потом она подалась вперед, угрожающе наморщила лоб и тихо добавила: – Но если ты обидишь ее, я убью тебя, Том, гребаным богом клянусь.
– Здесь куда лучше, чем я думала, – сказала Дженни, когда они с Томом вошли в бар «У Ника». – По твоим описаниям я представляла забегаловку из Алфавитного города. Такую – милую и оригинальную…
Вопреки словам жены Том чувствовал, что она нервничает. Он говорил ей, как сдружился с Малкольмом и Ханной, даже называл их «отцом и сестрой», каких у него никогда не было. Дженни, понятное дело, удивилась. Необщительный Том был по-настоящему близок только со своей женой и с Кевином. Слишком много неразрешенных проблем осталось у него с родителями, хоть они и умерли, и уже давно. Дженни радовалась, что у него появились эрзац-родные, и не раз говорила, что хочет с ними познакомиться.
Дело было в воскресенье между ланчем и ужином. Супруги пробрались к стойке. Дженни отчаянно боялась сдавить растущий живот, поэтому на табурет садилась очень медленно.
Словно почувствовав их появление, из подсобки вышел Малкольм. Когда он увидел Тома и Дженни, у него заблестели глаза.
– ГН пришел! – закричал Малкольм. – И привел миссис ГН!
Дженни пожала ему руку и поинтересовалась:
– А почему ГН?
– Лучше не спрашивай, – с улыбкой посоветовал Том. – У Малкольма язык как помело.
– Да как ты смеешь?! – в шутку возмутился бармен. – Всем известно, что это значит Голубоглазый Незнакомец.
Том засмеялся.
– Что будете пить? Первая порция за счет заведения.
– Малкольм, это очень любезно с твоей стороны, – отозвалась Дженни. – И познакомиться с тобой здорово. Мне, пожалуйста, имбирную шипучку. Но за напитки мы с удовольствием заплатим.
– Тшш! – прошипел Малкольм, улыбаясь. – А что принести Голубоглазому Незнакомцу?
– Мне пиво. Как обычно.
– Не двойной бурбон? Ха! Все бывает в первый раз. – Малкольм подмигнул Дженни и ушел за напитками.
Дженни глянула на мужа, подняв бровь.
– Сколько же бурбона ты здесь пьешь, мистер Декер?
– Не слушай Малкольма, он просто прикалывается над нами.
– Угу, прикалывается, – отозвалась Дженни.
Вдруг кто-то обнял их за плечи, и оба вздрогнули от неожиданности. Обернувшись, они увидели огорченную молодую женщину.