«Думаю, мне нужно использовать его на тебе,» высказалась Адвант. «Выглядишь так, будто ступор для тебя пришёлся бы кстати.»
Маг устало отмахнулся одной антенной.
«Я бы впала, если бы могла. Полагаю, ты знаешь, что произошло?»
«Туннели не обрушились?»
Более маленький муравей кивнул.
«Пусть это и не центральная из наших стратегий, однако она раскрыла нашу слабость. Они сильнее нас, когда мы сражаемся с ними напрямую, не пользуясь нашим преимуществом в численности. Это касается как солдат, так и магов.»
«Как будто бы мы не в курсе этого,» отметила Адвант.
«Верно, однако не думаю, что мы были готовы к тому, какой большой между нами будет разрыв. Я даже не думаю, что обрушение туннеля особо их замедлит, возможно лишь на несколько часов, однако они отказываются позволять нам это делать. Мы даже не способны проделать туннели мимо них. Они способны чувствовать наше передвижение через камень.»
Адвант всё это знала. С момента, как Голгари начали идти вперёд, они были неудержимы. У Колонии не было желания отбрасывать жизни, сражаясь насмерть ради каждого метра туннеля в такой дали от их улья, так что была задействована их стратегия задержки. Замедлить продвижение, измотать их, не позволять им отдыхать. Слишком рано говорить, имела ли стратегия какой-либо эффект, однако Адвант не была настолько же уверенной, как раньше.
«Были ли сообщения с других фронтов?» Спросила она.
Пропелланта кивнула.
«Я пересеклась с Тихоней по пути сюда. То же самое на всех сторонах их продвижения. То и дело они посылают отдельные группы для осмотра боковых проходов, однако ни разу достаточно далеко, чтобы мы могли их отрезать от основной части. Они ведут охоту на улей, ничего их больше не волнует.»
«Они знают, что мы никогда не отступим от выводка,» предположила Адвант. «Они считают, что будем стоять и сражаться, как только они подойдут достаточно близко.»
«И, как я думаю, в этом причина их приглашения вторых сил,» поделился мыслями маг. «Взятие в тиски, чтобы усложнить для нас простое отступление с молодняком подальше от Голгари.»
Конфликт лишь только начался, один день сражений почти без потерь, однако Адвант уже ощущала давление.
«Не теряй хладнокровия,» посоветовала Пропелланта, «и ты знаешь, что всё серьёзно, раз я тебе об этом говорю. У нас впереди долгий путь и множество сражений. Ситуация может измениться быстрее, чем ты думаешь. Будь готова.»
«Хороший совет,» признал солдат. «Давай же впадём немного в ступор, пока есть возможность, сестра. Битва здесь будет яростной.»
Глава 619. Во мраке, но не одиночестве
Потребовалось много времени, прежде чем мы на самом деле начали сражаться, как разумные расы. Дар, который был передан нам Старейшим, казался естественным при получении. Наши старые формы ушли и заменились новыми настолько плавно, что мы ни на миг не задумывались, что действительно означает этот переход в крайне долгой перспективе. Пусть Колония училась в ужасно быстром темпе, и развивалась одновременно во множестве направлений, слишком часто в битвах мы впадали в поведение монстров без мышления.
Для монстра сражение предназначается для территории, еды или выживания. Используя все имеющиеся в распоряжении инструменты, монстры сражались в жёсткой манере, стремясь удовлетворить свои потребности. Мы думали, что мы жестоки. Мы сокрушали нашу добычу с чудовищным насилием, не давая ей шанса ударить в ответ. Кем были мы, если не хищниками на вершине цепи?
Разумные расы показали нам другие способы и причины сражений. Из-за ненависти, из-за мести, из-за власти, в качестве наказания или награды. По правде говоря существуют тысячи причин, почему они сражаются, тысячи тысяч, и почти все из них незначительны или бессмысленны в глазах Колонии. Но то, как они сражаются, даже против друг друга…
Дикость, беспощадность, безжалостность. Они заходят дальше, чем кто-либо из монстров, стремясь к уничтожению их врагов, преследованию их до края мира, смеясь на всём этом пути. Колонии пришлось научиться относиться к ним аналогичным образом, если нам хотелось выжить. Записи демонстрируют, какое недовольство среди нашей семьи вызвали эти действия, было неестественно так расточительно тратить ресурсы. Чтобы втоптать уже сражённого противника в грязь, на случай если однажды он снова поднимется? Колония не страшилась поражения так, как разумные расы. То, что Колония переживала один раз, во второй оказывалось ещё тяжелее. Со временем мы узнали, что наши действия интерпретировались, как 'милосердие' и 'слабость', признаками, что мы являлись добычей, а не хищником.