«При следующем нашем отступлении мы окажемся позади ворот, малышка.»
«Ох,» всё, что издала она, прежде чем погрузиться обратно под поверхность пола туннеля, чтобы восполнить ресурсы для её способностей.
Я резко покачал головой, однако я сделал это так как крепко схватился за щит. Отдай мне его! Я потянул лист многослойного металла в сторону и выпустил поток лавы, покрыв грудную пластину Легионера передо мною. Камень осветился ярко-красным цветом, пока воин падал назад, выпустив из-под своей хватки щит до того, как я мог снова его ударить, и ряды плотно сомкнулись передо мною, пока ещё один солдат выходил вперёд, чтобы занять освободившееся место.
Чёрт побери! Я раздражённо отбросил щит назад над рядами и закрепил свои мандибулы для ещё одного Гибельного Укуса.
«Осторожнее!» Долетел сильный запах. «Ты чуть начисто не сшиб голову человека.»
Что? Немного приподняв свою голову, я смог увидеть, что это правда. В какой-то момент Бейн оказался позади меня и я, блин, едва не задел мужика своим броском. Вместо того, чтобы злиться, глаза жреца горят решительностью, пока он хватается за щит одной рукой и пытается поднять с земли. несмотря на то, что металл явно слишком тяжёлый для мужика. Я уже могу видеть, как он орёт какую-то очередную чушь, уровень громкости его голоса кажется будто достигает нечеловеческого значения.
Почему у меня имеется ужасное чувство, что я создал 'святой артефакт' или ещё какой бред в подобном духе?
[Инвидия, если увидишь летящее в жреца заклинание, не работай слишком усердно, чтобы его отразить, хорошо?]
[Ваши сёсссстры защитят его со всссем усердием]
[Так ты говоришь, что он всё равно выживет]
[Скорее всссего]
Блин. Я всё равно жуть как раздражён!
ПРОДОЛЖАЕМ КУСАТЬСЯ!
Глава 681. Осада (Часть 27)
Титус наблюдал за разворачивающейся битвой с задней части формации. Подкрепление снова построилось и пошло в новую атаку. Использование их в качестве ударных войск, наступающих, отходящих и снова наступающих, было крайне эффективной тактикой, давно применяющейся Легионом. Полу-монстрам было тяжело в отношении усилий и потерь, однако им нравилась эта роль. Муравьи на удивление хорошо держались, однако, как он и ожидал, их подавляли.
Вдали он мог видеть сражающегося и смыкающего челюсти выродка, использующего своё тело против потока в попытке отвести Легион назад, но безуспешно. Отряды помощи пересекли бреши, созданные для них обычными Легионерами, и линии муравьёв ещё раз были отброшены. Ещё одна волна гигантских насекомых вышла из-за ворот, челюсти клацают в воздухе, пока они заменяют павших, и спустя несколько минут яростных сражений был отдан приказ, от которого подкрепления отошли назад, заменившись железной стеной Легионеров, продолжавших безустанно отбиваться от врага, значительно превосходившего числом, однако не имеющего шанса сравниться с ними один на один.
Муравьи в некотором роде выбрали плохое поле для битвы. Внутри ограниченных туннелей их способность доводить эффективность численности до максимума имела трудности. В более открытой области, где они могут обходить и открывать больше фронтов, их численность имела большее значение. И всё же у них не было выбора. Во многих смыслах ему стоило признать ум кого бы то ни было координирующего оборону муравьёв, предположительно выродка. Это был единственный план, имеющий шанс их выживания, и он почти сработал.
Приди волна раньше, он уже некоторое время переживал об этом, и ему бы пришлось уже дать приказ отрядам отходить назад в лагерь. Приказ есть приказ, однако любой командир, старающийся выполнить миссию и приводящий к уничтожению своего легиона, будет повешен, заслуженно. Даже сейчас был шанс, уменьшающийся промежуток времени, в котором он будет вынужден объявить отступление, однако он был таким маленьким, от чего уверенность, что это гнездо будет расчищено до окончания времени, росло.
Скорее всего сторонние гнёзда не переживут натиска с третьего слоя без поддержки самых могучих своих членов, находящихся здесь, однако ему придётся на всякий случай разместить свои отряды внутри гнезда, чтобы пережить волну. Как только она окончится, они смогут выйти и не спеша отследить остатки.
«Похоже что врата начали нести урон, командир,» высказалась сбоку Ауреллия.
Другие трибуны, приставленные к его Легиону, кивнули своими головами, каждый из них имел десятки лет опыта, они наблюдали за боем, будто ястребы.
«После следующего рывка они вероятно будут отброшены за ворота и будут ждать нашего прорыва,» сказал Титус.