[Ну, блинский]
Я раздражённо разорвал связь и развернулся, чтобы убежать обратно к саду, подзывая своих друзей следовать за мной.
«Что происходит, Старший?» Растерянно спросила Генийанта. «Что он сказал?»
«Похоже что у ящериц конфликт с деревом и они думают, что мы работаем вместе, дабы каким-то образом достать их. Видимо они собираются стать агрессивными.»
«Что это значит?»
«Похоже что скоро для нас будет ещё одна война.»
Генийанта на мгновение отшатнулась, замерев, затем спросила.
«Тогда почему ты выглядишь таким счастливым, Старший?»
Я радостно клацнул своими мандибулами.
«Тут вина на тупом дереве. Я не был тем, кто нарушил мир!»
«… правда ли это имеет значение?»
«Для меня имеет!»
Глава 901. Быть Толли
Как, мои дорогие читатели, вы знаете, я была во многих опасных или трудных условиях! Больше сорока лет моей карьеры для меня было радостью приносить вам рассказы о моих приключениях и видах многих чудес, которые может предложить наш мир Пангеры, и мы разделяли эти невероятные времена. Кровавые водопады скрытого города Паранах. Потерянные племена носорогов Родича! Кристальный лабиринт внутри гор Ультима!
Несмотря на эти великие начинания, должна признать, простого акта приседания ради чашечки чая и печенья было достаточно, чтобы заставить стучать моё старое сердечко. Почти что постыдное событие, мои дорогие читатели, и, должна признать, я улыбалась над иронией ситуации. В свою защиту должна сказать, это была не обычная чашка чая!
Для начала глубина вкуса и зрелость листьев были на голову выше того, что я испытывала прежде. Мой новый собеседник наслаждался лучшим, что предлагала Колония, и, должна сказать, пусть это может шокировать многих читателей внутри солнечного города, вкус был не хуже знаменитого чая ‘Поющие Холмы’, которым наслаждается высшее общество по всему свету.
Шокирующее заявление! Знаю! Тем не менее, мой познавший этот вкус язык не позволит мне лгать!
«Это действительно отменный чай,» проворковала я перед хозяйкой. «Колония овладела искусством заваривания чая в более высшей степени, чем многие могли бы посчитать возможным.»
Эмилия вежливо перевела мои слова и гигантская королева передо мной в признании комплимента склонила свою величественную голову. Усаживаясь, моя путеводительница проинформировала меня, что разрешение аудиенции у королевы весьма необычно, хотя немногие просили о нём. Жители Возрождения из уважения оставляли королев заниматься своими делами, и лишь несколько были достаточно храбры, чтобы сидеть рядом с ними. Мне сообщили, что это была одна из восьми королев, занимающих гнездо внутри Антодома, и она была счастлива встретиться со мной, учитывая, что она завершила свои обязанности на день.
«То, что изначально началось как желание обеспечить своим гостям хороший уход, внутри определённых секций Колонии переросло в нечто вроде одержимости,» передала мне ответ Эмилия. «эти муравьи посвятили себя обеспечению идеального уюта тем, кто остаются внутри наших ульев. Ради этой цели они в совершенстве овладели многими навыками, ткачество, гончарство, вязание, выпечка, фермерство. Внутри Подземелья имеются обширные поля, где муравьи выращивают урожай пшеницы, риса и других продуктов питания поверхности, стремясь выращивать лишь лучшее.»
Я оглянулась в комнате, в которой мы находились, и роскошная, даже декадентская мебель не смутила бы и лучшие из домов. Столы из тёмной древесины, полки с подчёркивающим текстуру древесины зеркальным блеском, ковёр под нашими ногами, являвшийся произведением искусства, замысловатые узоры были столь утончёнными, что, казалось, в бесконечной степени уходили сами в себя, даже используемые нами чашки были искусно оформлены, имеющие деликатные рисунки, вызывающие ощущения тепла и свежести.
«Я так понимаю, это всё, получается, сделано Колонией?» Спросила я.
«Именно,» ответила Королева. «Наши дети часто стремятся отдать нам лучшее из того, чем они могут нас обеспечивать, хотя мы часто просим их не делать этого.»
«Ох, правда?» Я была удивлена это слышать. «Я должна извиниться, ибо я не знаю, как к королеве обычно относятся внутри колонии, однако я бы предположила, вы были бы счастливы быть уважаемыми. Разве вы не критично важны для будущего Колонии?»
Королева, с которой я общалась, представилась как Элизабанта, и была величественным существом. Имея не менее четырёх метров в высоту и более чем в два раза больше в ширину, она невероятно возвышалась надо мною и столом, за которым мы сидели. Блеск её панциря был поразительным и она в хорошем смысла сияла, признак идеального здоровья, что, вне всяких сомнений, было из-за постоянной заботы её детей. Несмотря на её размер, она оказалась деликатным и нежным существом, её движения были величественными и неторопливыми, пока мы вместе попивали наши напитки и ели сладости.