А вообще, погодите, нет, не разобрался, я же умер от голода, разве не так?
[Послушай, парень, прости, что не предупредил тебя насчёт этого. Мы не могли знать, случится это или нет, и я не скажу, что мы не надеялись на это, однако, чего бы это ни стоило, прости меня]
[Гранин, слишком крупная эмоция от тебя. Не делай наши отношения странными]
Корун прыснул позади лидера своей троицы, и даже Торрина не сдержала улыбки.
[Ничто из этого не твоя вина, я понимаю. Эта проблема по большей части вызвана тем, что я удивительный, а древние мерзавцы. Надеюсь в будущем в какой-то момент это всё уладится. А сейчас, прошу меня простить, мне нужно закуситься на кого-нибудь]
[Убедись что вернёшься посоветоваться с нами перед эволюцией] напомнил мне Гранин, пока я разворачивался, чтобы уйти, [тебе понадобится быстрый осмотр. Эта эволюция будет крупной]
[Ты говорил так о прошлой]
Я оборвал контакт, пока мы отдалялись от холма.
[Хозяин? Вы сможете исправить эту проблему?] Взволнованно спрашивает Кринис.
Я чувствую, как она ёрзает на моём панцире, она должно быть переживала.
[Никаких исправлений в ближайшее время, но возможно мы что-нибудь придумаем в будущем, если всё будет хорошо. Инвидия, держи глаз открытым и смотри, не сможешь ли найти что-либо, вызывающее у меня эту боль. Возможно ты со своим массивным мозгом сможешь понять то, что упустил я]
Зелёный глаз вспыхнул радостью.
[Вашшшшша боль, я зззззаберу её!]
[Не забирай, избавься от неё, если возможно] проворчал я. Мне бы не хотелось этих страданий для одного из моих друзей! [И напомните мне, чтобы я посоветовался с Генийантой, когда мы вернёмся на четвёртый. Может она способна заметить то, что не можем мы, учитывая что у неё девятьсот различных способов ощущения информации. Она будто лаборатория в форме муравья]
Что как раз то, чем она хотела стать.
[Ладно, пойдём посмотрим, можем ли мы помочь Колонии, и побьём что-нибудь. Битвы идут повсюду, так что наверняка мы сможем вклиниться куда-нибудь]
___________________________________________________
Глава 958
Это Глубокое Отчаянье
Глубоко внутри Пангеры происходило движение. Камни трещали, лёд трескался, огонь ревел, а ветер выл. Монстры этой глубокой тьмы наслаждались потоком маны, лившимся из центра Подземелья, взирая на соперников, с которыми они боролись сотни, если не тысячи лет, в то время как звери помладше ступали тихо, отчаянно желая избежать взгляда их старейших, пока вздорили друг с другом за ресурсы. Это мир, куда не ступала нога существа, рождённого естественным образом.
Финальное Подземелье.
Истинные ужасы таились в этих пещерах. Монстры столь могущественные и древние, что просто дыхание в их присутствии являлось невозможным, настолько удушающей была их аура. Существа, что родились от, и отмокали в реках маны, правила их существования искажались и изменялись из-за энергии. В этом месте ничто не было тем, чем казалось. То, что было твёрдым, текло, как вода, что было жидким, парило, как воздух. Перед мог быть сзади, вверх мог быть внизу, а время могло быть повсюду и нигде. Концентрация маны здесь была столь густой, сама реальность стонала под её тяжестью, будучи доведённой до грани разлома.
Любое существо, рождённое в подобном окружении, любой монстр, что мог бы расцвести в нём, был никем иным, как наивысшим хищником, будучи среди самых ужасающих зверей из всех существующих. Демоны и Боги сами по себе, эти могучие естества была гордыми существами, для выживания в течение веков доводящие свои жестокие умы до предела.
И всё же.
Теперь зашевелилось нечто большее. Воистину древнее. Настоящие Древние. Как давно это было? Монстры отступили к своим логовам, сотворив чары и обернув себя в тени, пока их омывала гнетущая, всепоглощающая волна ужаса. Это было так давно, что они забыли? Они стали самодовольными? Правда ли они смели мечтать, что возможно теперь сравнятся с единственными зверями, что до сих пор спали под ними?
Глупая мысль.
В месте чистого огня, что горел подобно солнцу, пробудилось существо. И хотя оно не обладало конечностями, ни с руками, ни с ногами, о которых можно было упомянуть, оно потянулось, и вместе с этим пламя стало ещё более плотным и жарким, пока воздух, камень, даже ткань пространства и времени, не начали гореть. Будто бы поднимаясь из глубокого океана, сознание постепенно возвращалось, пока наконец Древний не прорвался на поверхность и осознание не вернулось потоком.