Часть 1
Колония многому научилась у жителей поверхности. Мы изучили множество отраслей, что были развиты за сотни, тысячи лет. Агрокультура, металлообработка, работа с перьями, управление, гончарное дело, производство чая и многое другое. Некоторые из учений были невероятно ценными и оказывали на нас длительное влияние, в то время как другие были менее полезными. Тем не менее жажда знаний и понимания была неутолимой внутри семьи, любая кроха, что могла помочь нам в нашей борьбе, яростно разыскивалась. Так уж вышло, что меня потянуло в область Философии.
Я думала про себя, наверняка ни один из моих сородичей не потратил времени на изучение столь эзотерической области. Так что я буду первой, и открою для семьи новую территорию, используя знания и техники, найденные внутри, для совершенствования.
К сожалению, я ошиблась. Обитатели поверхности занимали себя столь большим количеством бессмысленных вопросов, ответы на которые мне казались самыми очевидными.
Зачем я существую? Чтобы помогать колонии.
В чём смысл жизни? Помогать Колонии.
Зачем существует вселения? Ради Колонии.
Что такое смерть? Это когда у тебя больше нет возможности помогать Колонии.
И хотя это всё казалось мне очевидным, люди, голгари и другие похоже не могли прийти к осознанию. Они сводили себя с ума риторикой, загоняя в кроличьи норы и перетасовывая туда-обратно цифры, пока не теряли из виду вопросы, на которые пытались ответить. Чем больше я погружалась, тем более запутанным становился лабиринт. Стремление к истине было полностью потеряно, пока они пытались сделать простое сложным, а сложное простым.
Я долгое время сетовала на отсутствие смысла в моих годах учёбы. К счастью я смогла осознать, что мои усилия не были потрачены впустую, что я могла извлечь пользу, что станет благом для моей семьи.
Я знала лучше любого муравья мыслительные процессы и ценности разумных рас. Я знала, что они были слабы.
Выдержка из личных записей Эманнуэльк Ант.
—————————————————————————————————-
Скажи он себе год назад, чем будет заниматься сейчас, он бы сказал самому себе, что он кукухой поехал. Хотя Уоллес Дантон, некогда глава стражников в Райллехе, давно уже подозревал, что его яичко треснуло во время вторжения Колонии в город. Когда муравьи обратились к нему для взятия на себя этой новой роли, он понимал, от чего они отталкиваются. В их глазах он подходил естественным образом. У него был боевой опыт против муравьёв при попытке защитить город от их нападения, а затем проживания и работы бок о бок с ними на протяжении долгого промежутка времени.
Кто лучше подойдёт для представления Колонии при обращении к другим независимым городам на приграничье?
Его руки почти что по своей собственной воле потянулись, чтобы потянуть униформу, однако он остановил их до того, как Ясмин застала его за этим. Он сумел отпихнуть их назад, однако всё равно заметил, как она бросила на него резкий взгляд, как если бы каким-то образом почувствовала его почти что нарушение приличий.
Она прошла долгий путь в преодолении своего страха перед насекомыми; работа сообща с Колонией похоже со временем привела к этому. Было тяжело бояться чего-то, что подавало столь фантастические чай и бисквиты. Кроме их общей гостеприимности муравьи оказались самыми эффективными управленцами, что он когда-либо видел. Они вели свои дела с невероятной эффективностью. Любая попытка ограничить или помешать им пресекалась и уничтожалась.
Их правила были относительно прямолинейными, и они применяли их строго и последовательно, без страха или пристрастий. Что действительно их отличало, так это их собственная уверенность в своей беспристрастности. Они никогда не колебались принять лучшее решение для разрешения споров, и возмущение было недопустимо. Попытка оспорить муравья Колонии, говоря об их предвзятости, было бесполезным занятием, хотя забавным для наблюдения.
Это постоянно происходило с торговцами.
«Лорд готов принять вас,» голос прислуги нарушил цепь размышлений Уоллеса, и он вернулся в реальность.
«Наша благодарность,» вежливо улыбнулась Ясмин, сильно крепче необходимого хватая его за руку, пока поднималась, заставив его подняться с ней.
«Да. Спасибо,» сказал он, когда она его ущипнула.
Он не возражал против своей работы, однако данная напыщенность и политичность временами раздражала его. Парадная униформа? Ожидание в вестибюлях? Он предпочёл бы сражаться, но по видимому эти дни были потеряны для него навсегда.
Следуя за сановником перед ними, они шли по пышному роскошному ковру под пристальным взором строгих Лордов и Дам прошлого. Город Железностен был организован за несколько десятилетий до Райллеха, однако по какой бы то ни было причине считал себя намного более превосходящим в течении всей их истории. Нельзя было отрицать, что Железностен являлся более крупным и процветающим из них двух, в основном из-за месторождений ценных ископаемых в области. Райллех же с другой стороны хвастался гораздо более сильной боевой мощью и обществом путешественников.