«Почти что время снова исполнить исцеление, не так ли?» Внезапно заговорила Лакшам.
Гранин застонал.
«Чёрт побери, чуть не забыл. Можешь на этот раз разобраться с этим? Мне нужно пойти найти Ниума.»
Кивок был единственным ответом, прежде чем Лакшам двинулась во мрак, окружающий их, проходя в сторону обезьяньего питомца монстра. Он почти что завидовал, с какой лёгкостью она смогла почувствовать его. В её возрасте он не обладал и малой толикой её навыков. Отбросив в сторону свою неуместную зависть, Гранин двинулся обратно к остальной группе. Они были невдалеке, троицы воинов стояли близко друг к другу, присматривая за своим грузом. Монстр, казалось, вёл себя хорошо, его антенны наворачивали медленные ленивые круги, пока его безногое тело оставалось идеально недвижимым. Он не был уверен как, однако он попросту знал, что оно внимательно следило за ним с момента, как он попал в поле зрения. Было тревожно находиться рядом с существом, у которого было невозможно отследить траекторию взгляда.
Он быстро сплёл связь разума до своего товарища Формирователя, чтобы общаться наедине.
[Ниум, образец сказал нам, куда ушёл другой питомец?]
[Ни слова. Всё отрицает. Такое чувство, будто если я продолжу спрашивать, он начнёт отрицать даже наличие второго питомца]
'Он?' Поморщился Гранин.
[Я точно знаю, что они общались, когда обезьяна пришла для исцеления. Всё, что я хочу знать, что здесь нету никакого существа, задумывающего засаду или отчаянную попытку спасения, которая кого-нибудь убьёт]
[Да ладно, Гранин. Он не настолько глуп. У нас тут монстр с высоким интеллектом, он знает, что не уйдёт. И он весьма очарователен, если узнать его получше]
[Верно. Я собираюсь ограничить твой контакт с образцом до конца этого похода]
[Что? Почему?!]
[Ты слишком сблизился с образцом!]
[С Энтони?]
[Ты знаешь его имя?!]
[Конечно! Я и Энтони приятели!]
Он не мог не вздохнуть и помассировать переносицу. В эти дни у молодых членов культа абсолютно нет осторожности к монстрам?! Идея культа состоит в взращивании нового древнего, да. Но это не значит, что они должны быть милы с каждым монстром, угодившим им в руки!
[Так, всё! Никакого больше общения для тебя с монстром! Иди помоги слегка более здравому члену нашей троицы исцелить обезьяньего питомца. Я справлюсь тут]
Разорвав контакт, он пересвязал связь разума в сторону монстра, который невинно располагался, не двигаясь, выглядя как тысяча-килограммовый ягнёнок.
[Пытаешься вызвать сожаление моих людей?]
Антенны дёрнулись так, чтобы выразить раздражение.
[Сколько дней меня уже таскают тут без ног, каменноголовая твоя каменная голова! Ты вряд ли можешь винить меня за тягу к общению! Так или иначе, как далеко ещё до этих ваших врат?]
[Ещё два дня. Убедись, что будешь себя вести хорошо до того момента]
[Я буду хорошим мальчиком]
Глава 455. Врата
Боль, которую Гранин испытывал в своей голове, только усиливалась по мере приближения к сети врат Голгари. Запретив двум своим членам троицы общаться с образцом, он был вынужден взвалить ответственность за всё общение на свои плечи. Это быстро оказалось и раздражающим и утомляющим испытанием. Таскание без ног по пространству и по туннелям в течении некоторого количества дней ни у кого не улучшит настроение, однако Гранин начинал верить, что существо отмахивалось от раздражения, доставая его и при каждой возможности стараясь спровоцировать Бальту.
Вроде как в тот раз, когда лидер шёл позади монстра, что оказалось глупым решением. Казалось из ниоткуда существо выпустило струю липкой кислоты, которая прожгла Истинную Кожу Воина прежде чем он смог от неё избавиться, эта издёвка чуть не привела его в ярость. Неважно, как много раз он предупреждал, что выступать против могущественной и имеющей связи личности вроде Бальты будет плохой идеей, но оному похоже было всё равно. После кислотной атаки снова стал раздаваться клацающий смех каждый раз, как воин оказывался неподалёку. Бальта ещё дважды атаковал монстра, второй раз сумев прорезать панцирь и пролить кровь. Но существо не выглядело особо обеспокоенным, рана исцелилась за минуты.