Тени Neo-Veridian были густыми, как смола, и Лена скользила через них, ее шаги были быстрыми, но бесшумными. Она оказалась в районе "Ржавый Крест" — заброшенной зоне, где старые склады и полуразрушенные дата-центры гнили под мигающими неоновыми вывесками, рекламирующими давно закрытые бары. Воздух был тяжелым, пропитанным запахом ржавчины, масла и чего-то едкого, что поднималось из канализационных люков. Ржавые дроны-охранники, давно вышедшие из строя, висели на столбах, их линзы тускло отражали свет. Голографические граффити, мигающие на стенах, создавали иллюзию движения, но Лена знала, что здесь ничего не двигалось без причины — каждый шорох мог быть угрозой.
Ее синие волосы были спрятаны под капюшоном потрепанной куртки, а медный браслет, единственный предмет, который она оставила себе, слегка поблескивал на запястье. В кармане лежал чип с данными о Кае, ее страховка и оружие, а в голове — план, пока еще сырой, но горящий, как искра в темноте. Она больше не была той Леной, которая бежала от Кая в доках, раздавленная его предательством. Она была готова бороться, но знала, что одной ей не выстоять против него и его мира. Ей нужны были союзники, и она сделала рискованный шаг, вернувшись к человеку, который уже однажды предал их обоих.
Лена остановилась у неприметного склада, его металлическая дверь была покрыта ржавчиной, но тонкая панель с сенсором, замаскированная под граффити, выдавала его истинное назначение. Она приложила медный браслет к сенсору — трюк, которому она научилась, модифицировав его с помощью старого хакерского кода, найденного в даркнете. Дверь скрипнула и открылась, выпуская волну холодного воздуха, пропитанного запахом озона и перегретых серверов.
Внутри было темно, лишь слабое мерцание дата-кабелей, змеившихся по потолку, освещало помещение. В центре стоял Силас, его худощавая фигура в темной куртке казалась еще более нервной, чем в доках. Его глаза, подсвеченные зелеными имплантами, метались по сторонам, а пальцы теребили провод, торчащий из кармана.
Его лицо, острое и бледное, было покрыто тонким слоем пота, а капюшон, низко надвинутый, не мог скрыть его напряжения. Он был пауком, запутавшимся в собственной паутине, и Лена знала, что это делает его одновременно опасным и полезным.
— Ты? — Силас отступил, его голос был резким, с легким акцентом, который дрожал от страха.
— Какого черта ты здесь делаешь? Кай знает?
Лена шагнула вперед, ее глаза сузились, но голос остался ровным, холодным, как сталь.
— Кай не знает, и ты не скажешь ему, — сказала она, ее тон был твердым, но в нем чувствовалась угроза, которой она сама удивилась.
— Потому что, если ты попробуешь, я отправлю "Нексусу" запись того, как ты сдал меня. И поверь, они не будут такими... милосердными, как Кай.
Силас замер, его пальцы сжали провод так сильно, что суставы побелели. Он смотрел на нее, как будто видел впервые, и в его глазах мелькнула смесь страха и уважения.
— Ты изменилась, — пробормотал он, его голос был тише, но все еще нервным.
— Что тебе нужно? Я не в игре, девочка. После доков я лег на дно.
Лена хмыкнула, ее губы скривились в горькой усмешке. Она вытащила чип из кармана и бросила его на стол, заваленный гаджетами и нейроинтерфейсами. Чип засветился, проецируя голографический дисплей с фрагментами данных о Кае — его прошлом, его сделках, его манипуляциях.
— Мне нужна информация, — сказала она, ее голос был низким, но в нем чувствовалась решимость.
— Ты знаешь Кая лучше, чем кто-либо. Его слабые места, его врагов, его планы. И ты поможешь мне, Силас, потому что у тебя нет выбора.
Силас посмотрел на чип, его глаза расширились, и он сглотнул, его пальцы задрожали.
— Ты с ума сошла, — прошипел он, отступая к стене.
— Ты хоть понимаешь, что делаешь? Кай — не просто игрок, он Тигр. Он сожрет тебя, если узнает, что ты копаешь под него.
Лена шагнула ближе, ее глаза горели, и она наклонилась к нему, ее голос стал тише, но острее:
— Он уже пытался, Силас. И я все еще здесь. А ты? Ты будешь либо со мной, либо против меня. И поверь, тебе не понравится быть моим врагом.
Силас смотрел на нее, его дыхание было неровным, а импланты в его глазах мигали, как будто перегружались. Он знал, что она не блефует — файл, который она показала, был достаточно компрометирующим, чтобы уничтожить его. Но Лена видела и другое: в его страхе было что-то личное, как будто Кай оставил в нем шрамы, которые не видны глазу.