Я только пожал плечами: давай.
— Итак, первое — это производство органов. Миллионы людей в мире нуждаются…
— Да.
— Не перебивай меня. Вит, видимо, вынюхал какую-то жилу…
— Жор, — сказал я, — поменяй Вита. На Зяму, на Мишу, на Йосю, на Матфея или даже на Карла Маркса.
— Без него мы пропадем. Его деньги позволяют нам…
— Наши.
— Наши-то наши, но ты же не знаешь ни одной банковской операции. И не хочешь знать.
— Ты здесь не лучше меня.
— Не лучше, — согласился Жора, — поэтому и держу Вита рядышком, а если удается, то и на коротком поводке.
— Так уж и на коротком.
— Если удается. Ты же знаешь, что все это не просто. К тому же и Зяма, и Йося, как только разберутся в нашем деле, тотчас выскользнут из рук.
— Слушай, возьми Яна!!! Как я мог забыть? Возьми Яна! Он жадный, он…
— Яна Гуса?..
— Тыбачника! Этот не подведет.
— Смеешься?.. Этого гармониста? Ладно. Все это не так уж и плохо, пусть Вит живет. Он создает нам условия для работы, а большего нам и не надо, верно?
Это было так же верно, как и то, что солнце встает на востоке. Империя Вита росла и ширилась, и мы в ней не чувствовали себя изгоями.
— Ладно, согласился я, — ноу-хау клонирования органов есть только у нас и никто обойти нас не сможет.
— Да, идея с индукцией в стволовых клетках необходимых свойств посредством биополя с заданными характеристиками пока не раскушена. Люди работают вслепую на наших генераторах биополей. Отними у них генератор, и они как слепые котята будут беспомощно тыкаться мордочками во все стороны.
— Нас не обойдут, — повторил я, — на это пока не хватит ни у кого мозгов.
— Не знаю, теперь не знаю. Не уверен. По всему миру гуляют наши технологии. И мы не можем держать их в узде. Люди ведь умны везде. А когда ума недостает, за работу принимается интуиция.
— Так и пусть, — сказал я, — и слава Богу. Чем шире у нас будет география, тем…
— Да, — согласился Жора, — теперь вот еще что…
И стал рассказывать, что у нас теперь тысячи заказов от богатых людей, жаждущих омолодиться или продлить свою жизнь хоть на день. На час! Все это у нас уже было. Дежавю…
— Денег у них немеряно, они готовы отдать миллионы…
— В чем проблема?
— Вит хитрит, я чувствую, что он хитрит.
Я откровенно рассмеялся.
— Я же сказал: купи Йосю.
— Это смешно, но за мною уже гоняются сотни людей и требуют…
— Здесь мы тоже недосягаемы и неуязвимы. Никто не может так манипулировать генами, как это делаем мы.
— Никто, — согласился Жора, — но эта денежная трясина затягивает, а без нее мы тоже не обойдемся. Кстати япошки предлагают нам свои нанотехнологии с наносомками. Деньги бешеные, но их наносомы стоят того.
— Ты согласился?
— Надо посоветоваться.
Мы помолчали.
— Да, и вот ещё что…
Жора выбрался из кресла и, подойдя ко мне, заглянул в глаза.
— Что с Тинкой? Ты её…
— Да я же только-только вернулся из…
— Не нашёл?
— Жор, перестань донимать. Ты опять со своей «халвой»! От того, что ты будешь то и дело зудеть…
— Я не зужу. Я…
— Ты же сам сказал, что она где-то здесь, в Оклахоме или в Луизиане… Ты же видел её на Ниагаре, помнишь, — радуга, Тина вся в бисере водной пыли, помнишь?...
— Я уже не шучу. Без Тинки мы пропадём просто пропадом, понимаешь?
Я не понимал, при чём тут я! Я не понимал, почему Жора ни разу не назвал Тину Тиной или Тишкой, или просто — Ти? Тинка… Тинка… Что за расхлябанность?! Зачем это пренебрежительное, если не уничижительное его «Тинка»? На что он давит этой «Тинкой»? И так всё ясно, что…
— И вообще, — напыжился я, — бери сам и ищи! Свою Тинку!..
Вдруг позвонил Вит:
— Послушай, ста-а-рик…
— Как я рад слышать тебя!— воскликнул я по привычке.
— Не-е-ппправда, — сказал Вит, — но ты мне ну-ужен, как воздух.
— Что ясно-то? — спрашивает Лена.
— Что, что?... Всё!..
Глава 2
За все эти годы нашего с Жорой сотрудничества (а это более десяти лет зрелой жизни) мы ни разу, пожалуй, серьезно не обсуждали самую главную для воплощения нашего грандиозного проекта тему — финансирование разработок.
Ясно, как день, что, если бы мы сидели на безденежье, наши идеи были бы всего лишь седьмым киселем на воде. Мир сейчас таков, что ты, сколько бы палат ума в себе не насчитывал, и будь даже семи пядей во лбу, без достойных денег не в состоянии реализовать ничего стоящего. Нищета бессердечна. Это яма для ума. Она убивает в тебе всякое творческое начало. Так вот, мы доверились во всем Виту, его исключительным способностям торгаша и менялы, для которого не существовало никаких барьеров в формировании и насыщении денежных потоков, создающих условия для процветания нашего, так сказать, научного бизнеса. Ходили слухи, что мы уже причастны к торговле оружием и наркотиками, Виту удавалось успешно совершить несколько сделок по продаже энергоресурсов, где-то мы были пайщиками по добыче золота и алмазов и держали контрольный пакет акций даже по производству компьютеров. У нас была своя футбольная команда в Англии («Челси» что ли?), а где-то в Штатах — хоккейная. Мы, оказалось, торгуем людьми и поставляем проституток, и что-то там еще, о чем я иногда слышал лишь краем уха, и наверняка еще многое, о чем я не мог даже догадываться. А вот эта история — потрясающа! Рассказать?