Я понимал Жору: он уже не отдаст Тину никому — он с ней сросся! Пророс в нее всей своей кровью, ввинтился в ее геном! Я не понимал только одного: чем это нам грозило?
Между тем, Жора продолжал:
— Сегодня человек дошел и умом и наукой, что его геном — величайшая святыня, несущая в себе зародыш жизни и свет совершенства. Иисус — Учитель! Он на собственной жизни показал, как нужно к Нему стремиться. Его know how как раз в том и состоит, что сделать человека лучше, а мы говорим совершеннее, можно только прилепившись к Нему Самому. Нужно слиться с Ним воедино, слепиться, въесться, впиться в его геном зубами совершенства и грызть, грызть в нем все человеческое, грызть до последней жилы, аж пока не пробьется, не выблеснет сизый вьюнок совершенства, порождая его пожар.
Разъяснять существо всякой сущности было для Жоры истинным наслаждением.
— Бог оплодотворил Своим Плодоносным Лучом Марию, земную, сделав Ее Неземной! Это значит, что к гаплоидному набору хромосом Марии — такой же земной женщины, как все мы, Он присоединил Половину Своих Божественных Хромосом — Свой Совершенный Гаплоидный Набор, недостающую для совершенства Свою половину …
— Но как?! Как себе это представить?
— Плодоносный Луч — Святой Дух, Биополе… Он достроил земную полуспираль ДНК Своей Полуспиралью — Божественной...
— И…
— И родился Иисус — Человек Совершенный, Сын Бога и человека, Богочеловек. Совершенство свершилось! Вот, вот вам Путь, сказал Он. И всей Своей Жизнью показал всем нам, как нужно жить, чтобы стать совершенным.
— Как все просто! — восхищалась Юля.
— Просто гениально! — восклицает Лена.
— Я никогда не поверю, — сказал Ергинец, — чтобы Бог враз создал из какой-то там глины человека со всеми его сверхъестественными сложностями и структурами, с ДНК, белками, рибосомами, триллионами клеток…
— «ВЧ»? — спрашивает Лена.
— Этот надутый индюк, виляя хвостиком, верит только в слова Здяка. Они тут с Инкой и Шпонкой в своей песочнице такое…
— Шпонкой?
— Ага профессор Шпонка и Инка… Они тут… Шпонка, правда, тот вполне, так сказать, интеллигент, и Инка… Да и сын Ергинца, Артем достоин…
— Что ж, выходит, Ергинец твой — выродок? — спрашивает Лена.
— Выходит… Червь это червь…
— Зачем ты мне все это рассказываешь?
— Думаешь, я знаю?
— А кто такой этот Здяк? — спрашивает Лена.
— Да так…
— Здесь нет ничего удивительного, — сказал тогда Жора, — если у тебя в голове есть план творения и пути его воплощения. Бизнес-план — это обычное дело. Главное — все должно быть продумано до мелочей. А у Бога, как известно, мелочей не бывает, ведь Он Сам в мелочах! Как чёрт! Он присматривает за всем на свете в том числе и за нами.
Ергинец скорчил рожицу недовольства-несогласия и, тупо глядя в пол сквозь рог и грозно сверкнувшие стекла очков, повел речь о чем-то совсем несуразном, нес просто какую-то собачью чушь, мол, де, якобы вот шеф бы с этим не согласился и т. д и т. п… Да плевать Жора хотел на чьи-то согласия! А Света Ильюшина не произнесла, слава Богу, ни слова. Ни о жизненных мелочах, ни о своем Еремейчике, так похожем на Авлова и Ергинца и всех этих жалких жаб, головоногих моллюсков и членистоногих.
— Я не хочу тебя обижать, — сказал потом Жоре Валера, — но тебе следовало бы знать…
— Чтобы меня обидеть, — перебил его Жора, — тебе придется хорошо попотеть.
Он снова продекламировал:
«А я — саксаул
И кожа гюрзы
В моде
А значит мой путь
Не пройден еще.
Не пройден».
— Ты можешь обидеть саксаул, — тепло спросил он Валерочку, — а кожу гюрзы? Не-а, не можешь. Понимаешь, мой милый, обиду надо заслужить. И может ли мокрица обидеть журавля? Она ведь только корм для него, понимаешь?
Валера как-то весь съежился, сжался, сдулся, обмяк, сник… Как использованный презерватив. И умолк, казалось, навеки. Только желваки на скулах выдавали всю его ненависть к Жоре.
Молчание длилось недолго.
— И все-таки, — задумчиво произнес Жора, словно Валеры уже и вовсе не существовало, — нам в нашем деле не помешали бы Копье Судьбы и Чаша Грааля. Как думаешь?
Я тогда не нашелся, что ответить. А Ергинец тупо ныл и ныл, мол, вот де, кстати сказать, и без обиняков, и говоря образно, эфемерность всех этих изысканий… Тупо глядя в пол…
— Как это? — спросила Лена.
— Тупо…
Глава 15
Иногда нам казалось, что мы прижимали Жору к стене: покажи нам своего Бога! Дай нам возможность к Нему прикоснуться, ощутить собственной кожей...
Жору такие наши желания приводили в восторг.