— Это не просто очень серьезно, — сказал я, — это выбор между жизнью и смертью. Для нас с Жорой и для…
Я посмотрел на нее, она сосредоточенно слушала, рассматривая колечко на безымянном пальце.
— … и, как ты понимаешь, — добавил я, — для всего человечества.
Она оторвала взгляд от кольца и заглянула мне в глаза, как в колодец. Мои глаза ни разу не мигнули, и ни один мускул не дрогнул на моем лице: это была чистая правда. Аня отвела взгляд в сторону, она не знала, что мне ответить. А кто на ее месте смог бы? Подошел Жора.
— Я уже не надеялся вас здесь застать, — взяв портфель и усаживаясь на свой стул, сказал он.
Я посмотрел на него, он рылся в портфеле.
— Звонил Вит, — сказал он и посмотрел на меня исподлобья, — ты ему очень нужен.
Мы сидели и молчали. Жора ни словом не обмолвился о главном: что же все-таки мы решили? Он методично засунул трубку в кисет, затянул тесемку и кисет положил в свой желтый портфель, щелкнул замком и поставил портфель у ноги. Мы с Аней только наблюдали за его действиями.
— Слушай, — неожиданно обратился Жора к Ане, — а ты нашу Тину здесь не встречала?
Аня посмотрела на него, как на чокнутого, и ничего не ответила.
— Жаль, — сказал Жора, — а то мы сбились с ног.
Аня молчала, посмотрела на меня, мол, что ему надо? Я пожал плечами.
Больше Жора не задал ни одного вопроса. Затем мы встали.
— Твои цветы, — сказал Жора, взял букет и вручил его Ане.
— Ах!..
И снова вдруг рассмеялся.
— Такой вот сцеп генов, — добавил он, — так что у нас с тобой выхода нет. Но тут вот еще что…
Жора умолк, рассматривая свою ладонь, затем посмотрел Ане прямо в глаза и произнес свое твердое:
— Se no — no! (Если нет — нет! — Ит.). Выбор за тобой. И знаешь, ты мне нравишься — ты не из слабых.
— Я знаю, — сказала Аня.
— Ты точно Тину здесь не встречала? — спросил Жора ещё раз.
— Не знаю я никакой вашей Тины! Мне ещё этого…
Когда мы остались с Жорой вдвоем, я спросил:
— Ты отчего время от времени ржешь, как конь?
Жора только улыбнулся.
— Знаешь, — сказал я, — твой смех проникает прямо в кровь.
Жора только пожал плечами.
В тот день я так и не узнал, чего требует наша работа.
Глава 7
Прошла еще одна ночь. Мы, казалось, потеряли к Парижу и к Ане всякий интерес. Но проснувшись поутру, с новой силой принялись за старое. Нас подстегивало и наше самолюбие: как же так?!
— Никогда не сдавайся, — прорек Жора свой любимый девиз.
И мы не сдавались. Я позвонил Ане и договорился о встрече.
— Вам понравилась моя Франция, — рассмеялась она, — продумайте нашу программу на вечер.
Я сказал, что мы будем ждать ее на набережной Сены.
«Я живу в центре мира…». Это был серьезный барьер. Это была стена, попрочнее Китайской, но мы с Жорой брали и не такие крепости. Я не помню женщины, которую Жора не смог бы обаять, и вот стал свидетелем его полного поражения, хотя на Жору, признаюсь, в этом деле я не очень-то и рассчитывал. Его обаяние здесь было бессильно, мы это прекрасно осознавали. Аня опоздала минут на пятнадцать. Я возложил на себя всю ответственность за ее будущее, и дал слово устроить это будущее с минимальными для нее потерями.
— Ты будешь, — уверял я, — обеспеченной и совершенно свободной, у тебя будет квартира в центре Москвы и дом на Рублёвке… И главное, — любимая работа…
Я старался как мог.
— Извини, у меня был трудный день, — сказала она, — и я не понимаю, о чем ты говоришь. Какой центр, какая Рублёвка?
Я не слышал ее.
— Единственное, что будет по мере необходимости тебя ограничивать — наши клеточки. Без тебя они чувствуют себя сиротами, они умирают, как умирают ростки без живительной влаги.
Жора тоже не молчал.
— Ты пойми, — сказал он, — мы топчемся на месте вот уже несколько лет… Только ты… Ты станешь царицей мира!..
— Звучит красиво, — улыбнулась Аня.
Она совсем нас не слушала, то и дело бросала короткий взгляд на часы.