Сколько было шутки в его утверждении, я не знал.
— Просто не верится, что кончился этот ад, — добавил он.
Я тоже не чувствовал уверенности в том, что смогу убедить Аню вернуться к нашим прежним занятиям, уж слишком далеко она ушла от проблемы улучшения породы людей. Но разве встречу с ней можно назвать адом? Мы все еще сидели на скамье.
— Идем! — Жора посмотрел на свои ручные часы и вдруг резко встал.
— Что еще? — я не понимал его возбуждения.
— Идем же! — он стал тащить меня за рукав.
Через каких-то полчаса мы были гостями Иоселиани. Он познакомил нас с Алекс, милой обаятельной французской графиней, игравшей главную роль в его «Фаворитах луны». Море книг, на полу шкура зебры… Мы пили французский коньяк; Отар, смеясь, рассказывал, как они вместе с Алекс разгружали фуру с керамикой панно Людмилы Мешковой для ЮНЕСКО, приехавшей в Париж в выходной день.
— Звоныт мнэ Люся и просыт: «Отар, выручай!». «Что случылось?». Она рассказывает, что нэкому разгрузыт фуру, так как французы нэ работают по выходным. Я говорю: «Счас будэм». Мы пришли с Алекс, закатали рукава и таскали эты чертовы ящикы, представляешь?..
— И Алекс? — не удержался Жора.
— Oui, bien sur! (Да, конечно! — фр.), — улыбнувшись, подтвердила Алекс.
Затем Жора рассказывал о Пирамиде!
— Поднимитесь по ступеням материи, и вы найдете Дух… Поднимитесь по ступеням сознания, и вы найдете Бога…
Лучшей лекции я в своей жизни не слышал. Мы говорили всю ночь напролет.
— Вы с ума сошлы! — восторгался Отар.
Даже его лысина засияла. А мешки под глазами расправились.
— Хочешь снять фильм о Пирамиде? — спросил Жора.
У него и в мыслях тогда еще не было никакой «Шантрапы»!
— Как ты сэбэ это прэдставляешь? — глаза Отара просто сверкали. — Как?!
Жора настаивал.
— Ты, кстати говоря, нашу Тину тут не встречал? — спросил он.
— Тину?
— Тину.
Отар пожал плечами и помотал головой.
— Какую Тину, — затем спросил он, — она здэсь? Она кто?
Жора скосил на меня глаза.
— Да так… Судьба что ли… — пробубнил он.
— Какая судьба?
— Ладно, — сказал Жора и обнял Отара, — увидимся.
Тот невнятно и нерасторопно кивнул головой.
— Приезжай, — сказал Жора, когда мы расставались.
— Обязатэлно, — пообещал Отар, посмотрел на стоящую рядом мило улыбающуюся Алекс и спросил, — поедэм?
Его острые седые усики замерли в ожидании ответа, но Алекс так ничего и не сказала. Они так и не приехали в тот год, а мы, даже не попрощавшись с Аней, улетели в Москву. Когда самолет набрал высоту, я набрал ее номер:
— Ань, мы срочно улетаем домой.
— Подожди секунду.
Прошла минута, я смотрел на часы, затем трубка спросила:
— Привет, — сказала Аня, — ты где?
— Уже в небе.
— Что-то случилось?
— Я приеду. Обещаю.
— Обещаешь?
Я молчу.
— Что-то случилось?
Вдруг я понял: случилось! Я просто не мог поверить, ибо казалось совершенно невероятным, что мы с Аней можем вот так запросто вернуться в то веселое мимолетное прошлое, где нам было так восхитительно хорошо!
Единственное, что меня огорчало — Жорино «ты не можешь даже надуться!». Надуться я как раз мог… Только вот… Да-да… Именно!..
Глава 10
Однажды нежданно-негаданно заявился Вит.
— Ста-а-рик, — сказал он Жоре с порога, не подавая руки, — есть разговор...
Он нашел нас не ради забавы и прилетел специально, чтобы предложить нам участие в совместном проекте по генной инженерии.
— У нас в Массачусетсе, — сказал он так, словно делился впечатлениями от поездки на дачу, — мы спорим о том…
И стал рассказывать историю с генами ржи и хомячка, которая вызвала в научных кругах волну пересудов и споров. Мы молча слушали, Жора курил свою трубку.
— А главное вот что: они ковыряются в фундаментальной на-ауке, как куры в говне. У них нет никакого практического использования мировых идей в этой области...
— Вит, — сказал Жора, когда тот на секунду умолк, — а ты растолстел.
Вит был по-прежнему тощ, как щепа: тонкая шея, худые руки, только лысеющая голова казалась непомерно большой, блестящий череп и выпуклые глаза, которые он, вероятно, взял напрокат у Жана Рено, придавали лицу устрашающе-жуткое выражение.
— Помнишь наш модуль, — сказал Вит, — если мы сможем его запустить... Понима-аешь, они не думают так, как мы. Это бе-еда.
— Вит, — сказал Жора, — пива хочешь?
— Чудак, — сказал Вит, — это же куча денег...
Жора сделал затяжку и долго не выпускал дым, затем произнес:
— Мы едем в Америку?
— Да.
— Я бы предпочел казино на Сейшелах, — сказал Жора.