- Книга возможно также знает, кто похитил девочек, и как нам призвать его к ответу. - Лоренц встал и задумчиво начал ходить туда-сюда по комнате, жеманно положив руку на лоб. - Если незнакомца поймают, мои дорогие, тогда Адаму больше не нужно будет работать в Чёрной гвардии, потому что та будет использоваться ещё только для парадов.
А это в свою очередь означает, что без ограничений Чёрной гвардии и правил о партрициальных браках, счастливому концу с огромным, розовым сердцем больше ничто не будет препятствовать.
- Вуаля! - Он вытянул обе руки, как модель на подиуме, и мне почти захотелось похлопать в ладоши его представлению. Я подавила это желание и тоже встала.
- Шерлок Холмс, где вы собираетесь начать поиск хроники Акаши? - спросила я, поддержав его игру.
- Сельма, тебе действительно не стоит ввязываться в это! - Лиана закатила глаза.
- Если я всё брошу, Лиана, тогда никогда не узнаю, кто убил мою семью, - сказала я серьёзно. - Потому что именно из этого я и должна исходить, и я никогда не смогу быть вместе с Адамом. Поверишь или нет, но я предпочту умереть, чем вести такую жизнь. Тебе не нужно подвергать себя опасности и помогать мне, никому из вас не нужно. Это мой путь, но не пытайся остановить меня, потому что это бессмысленно. - Я посмотрела на Лиану, молча умоляя, чтобы моя просьба достигла её сердца. Но она только недовольно поджала губы и встала. Больше ничего не сказав, она ушла в свою комнату.
Воспоминания
Я энергично постучала в дверь Парэльсуса. В ответ тишина, издевательская тишина.
- Черт, - ругательство сорвалось с моих губ. Где пропадает этот старый хрыч?
Уставившись на старую, деревянную дверь, я ждала ответа.
- Опять ты, - сказал Конрад сзади. Я испугалась до смерти и резко повернулась. Ассистент Парэльсуса как всегда был одет в белый, рабочий халат и радостно мне улыбался.
- Да, опять я, - ответила я не в духе. - Он вернулся?
- Нет, его нет. Так же, как не было вчера и в последние четыре недели, и три дня назад. Парэльсус ищет новый проводящий элемент, с помощью которого хочет улучшить МУП. Ты достаточно хорошо его знаешь, чтобы знать, что он вернется, когда добьется своего.
- Да, я знаю, - ответила я. В последние недели Конрад был очень терпеливым.
- Вот, я нашел для тебя еще две книги, которые Парэльсус хранил в подсобном помещении.
Может они помогут.
- Спасибо.
Я взяла из его рук антиквариат в кожаном переплете.
- Но ты должна мне их вернуть. Парэльсус знает каждую книгу. Не знаю, как у него это получается, но он знает обо всем, что здесь происходит.
Конрад огляделся, как будто Парэльсус в любой момент мог выйти из-за какой-нибудь высокой полки.
- Обещаю, ты получишь их обратно, - сказала я.
- Если бы ты наконец рассказала мне, что ищешь, это тоже могло бы помочь.
Конрад выжидающе посмотрел на меня, его рыжая голова светилась в свете огненных шаров, освещавших медиатеку.
- Не могу, - ответила я. Тема была очень деликатной. Хроника Акаши видимо была очень большой тайной. Парэльсус предупреждал, чтобы я не каждому доверяла. Конрада я знала недостаточно долго, и несмотря на то, что у нас был одинаковый цвет волос и он всегда очень вежливо относился ко мне, я не решалась посвятить его в тайну.
- Как хочешь, - сказал Конрад. - Удачи!
Он развернулся и пошел к тележке, загруженной книгами. Одним движением руки, он заставил ее парить в воздухе и следовать за ним, в то время как сам расставлял возвращенные книги по полкам. Взяв оба тома под мышку, я ушла из медиатеки.
Общая комната нашей жилой башни была пустой, темной и не очень уютной. И все-таки я опустилась на один из мягких диванов и зажгла огненный шар. Затем открыла первую книгу и начала читать. Конечно было бы намного лучше наверху, в нашей жилой башне, но я не хотела проводить слишком много времени с Лианой.
Ей не удалось пересилить себя, и это состояние длилось уже несколько недель. Она была невыносима, потому что с недавних пор проводила вечера, скрупулёзно и шумно убирая рабочую комнату нашего этажа, чтобы у Лоренца и Ширли не появилось возможности поговорить со мной о местонахождении хроники Акаши. Она хотела помочь, саботируя наши усилия везде, где могла. Однако всё, чего ей удалось добиться, это то, что я чувствовала себя одинокой. Лиана всегда была рядом, с тех пор, как я себя помнила. Даже когда мы ругались, на нашу дружбу это не влияло. Не так, как теперь, эта размолвка была намного сильнее.
Вздыхая, я перевернула страницу в книге. Свет моего огненного шара был не очень ярким, но у меня всё ещё не получалось сделать его получше. Глаза заболели, и я откинулась на спинку дивана. В этой книге нет ничего полезного для меня, в ней речь идёт о вымерших видах драконов.
Я её захлопнула. Может быть Лоренц и Ширли добились большего? Оба с рвением отправились на поиск хроники, без них я уже давно сдалась бы. Несмотря на то, что я знала, что ищу, я ничего не находила. Ни слова, ни слога, ни малейшей подсказки.
Как будто какой-то заколдованный круг и постепенно я начинала думать, что так и есть, потому что по-другому не могла объяснить, почему мы не продвинулись с места. Мы обшаривали МУП при каждой возможности и перерыли оставшиеся книги медиатеки в поисках ссылок. Это просто удручало. Я закрыла усталые глаза, пытаясь пересилить себя, покинуть общую комнату и лечь спать. Но я так устала, а тепло в комнате, которое излучал большой камин, было таким приятным, что мои и так уставшие от полётов на драконе конечности сделали ещё тяжелее.
Много времени не понадобилось, и перед внутренним взором возник образ Адама, успокаивающий ритуал. Я погрузилась в воспоминания о лете, вспомнила наш первый поцелуй и наш последний вечер в Провансе, который начался так многообещающе. Но с тех пор Адам больше не возвращался в Тенненбоде. Мои слова ни возымели никакого эффекта, совсем никакого.
Хотя наше положение и было безнадёжным, во мне всё ещё тлела надежда и уверенность, что он единственный, кто будет со мной. Здравым смыслом это невозможно было объяснить. Я распахнула глаза, чтобы прогнать воспоминания. Дел ведь достаточно, чтобы отвлечься.
Весеннее соревнование драконов всё приближалось, профессора не скупились на домашнее задание, и хроника Акаши так сильно занимала мои мысли, что у меня даже не было времени прислушиваться к ночному ветру, когда я ложилась спать. Обычно, как только голова касалась подушки, я тут же засыпала. И вообще пришло время наконец-то подняться наверх, прежде чем проведу ночь на диване.
Как раз в тот момент, когда я хотела встать, я обнаружила возле противоположной стены что-то, чего там не должно было быть. Маленькая, крошечная фигурка кралась на двух ногах вдоль стены. Я заморгала, потом прищурилась, чтобы лучше рассмотреть существо.
У него был коричневый мех, такой же коричневый, как стена, мимо которой оно пробиралось. Подняв вверх острый нос, оно принюхивалось, поворачивая голову то вправо, то влево. Когда оно навострило уши, длинные волосы, точащие из носа, задрожали. Оно ненадолго остановилось, как будто чувствовало, что я не сплю. Я спокойно дышала и ждала. Когда существо убедилось, что я кажется всё же сплю, оно быстро побежало дальше и остановилось перед ярко-жёлтым диваном. В тот момент, когда оно внезапно поменяло свой цвет, погрузившись в яркий тон дивана, я вспомнила, откуда его знаю. В офисе сенатора Густава Джосона кралось именно такое же животное.
Либо сенаторский дом и Тенненбоде страдают от тех же вредителей, либо ночное присутствие маленького грызуна имеет другое значение. Внезапно мне стало любопытно. Насколько быстры эти животные?
Краем глаза я наблюдала за тем, как грызун приближается ко мне, приняв коричнево-серую расцветку пола. Я продолжала и дальше спокойно дышать, и ждать. Животное, казалось, принюхивается к моей ноге. Понадобилось одно мгновение, пока я поняла, что оно делает. Это было не глупое животное. Оно принюхивалось к моей обуви не в поисках остатков сыра или крошек хлеба. Оно стояло на двух ногах рядом с моими и читало название книги, которую дал мне Конрад. Я вся похолодела. Эти животные шпионы палаты сенаторов?