Выбрать главу

  Передвигаясь быстрым маршем, идущий во главе авангарда сын полководца Филота, уже на четвертый день достиг города.

  Желая ценой предательства заслужить доверие победителя, едва стражники донесли о приближении Филоты к городу, правитель тотчас приказал, вынести все сокровища Дария за городские стены.

  Вместе с ними он вывел множество мужчин и женщин, высокого звания в спешке брошенные великим царем на произвол судьбы, и ставшие в одночасье заложниками дамасского правителя.

  В их числе были жены и дети многих полководцев Дария, оставленных перед битвой своими мужьями в надежном месте, а так же греческие послы, прибывшие к великому царю для заключения воинского союза.

  Медленно и неторопливо выплывала эта процессия из ворот города, разбавленная своим составом тысячью зевак пожелавших своими глазами увидеть непобедимое войско молодого царя.

  Филота с огромным восхищением наблюдал за этой величавой картиной капитуляции, но когда вся толпа людей, остановилась в ожидании приближения македонцев, приказал  кавалеристам атаковать безоружных людей.

 - Это все ваше! – закричал таксиарх, указывая фессалийцам на огромную разодетую толпу сдавшихся персов. Сильно потрепанные в последней битве от копий и мечей персидской кавалерии, те не заставили упрашивать себя дважды и поспешили исполнить приказ Филоты.

  Как коршуны, они обрушились на беспечных горожан Дамаска, вышедших навстречу обозленным войной кавалеристам. В это день фессалийцы полностью компенсировали себе все свои потери, всласть грабя и насилуя мирных людей, вымещая на них все свои обиды и злобу, ибо нет в мире страшнее зверя, чем вражеский солдат в сдавшемся ему на милость городе.

  Намеченное правителем Дамаска торжество мгновенно исчезло. Отчаянно заголосили женщины и заплакали дети, а испуганные носильщики пустились бежать, побросав на землю свою драгоценную поклажу. Опьяненные видом бегущих людей и осознанием своего могущества, кавалеристы быстрым маневром отсекли толпу от ворот и взяли ее в мешок.

  То, что досталось македонянам в Дамаске, превзошло все ожидания Александра. Одной чеканной монеты было взято на три тысячи талантов, а серебреных изделий на пятьсот фунтов. В плен были взяты тридцать тысяч горожан, захвачено семь тысяч вьючных животных. Среди пленников были дочери царя Оха, жена наварха Фарнобаза с сыном, вдова Мемнона Барсина. Самому Филоте, из богатой живой добычи,  приглянулась рыжеволосая красавица Антигона, бывшая дочерью дамасского богача Фарнобаза.

  Напрасно отец пытался выкупить из плена свое дорогое дитя, македонец был непреклонен и немедленно забрал Антигону в свой шатер.

  Здесь, привыкшая только к знакам внимания и любви со стороны изысканных сливок дамасского общества и царского двора, сирийка познала грубость, унижение и оскорбление, в одно мгновение сравнялась своими правами с низами общественной среды. И хотя Филота окружил свою пленницу роскошью и богатством, отныне Антигона стала простой наложницей обязанной безропотно выполнять все прихоти своего хозяина.

  Узнав о той добыче, что захватил Пармерион, Александр захотел лично осмотреть сокровища Дария, не веря такому количеству денег оказавшихся в его распоряжении. Их вид потряс молодого человека, который теперь мог, смело воплощать в жизнь часть многочисленных планов и задумок.

  С пленными греками он обошелся по-разному. К всеобщему удивлению он с миром отпустил домой фиванцев, оставил в своей свите афинян, а вот спартанцев приказал заковать в железо как военнопленных.

  Однако больше всего Александра поразила Барсина вдова Мемнона. Эта двадцати девятилетняя блондинка сияла такой внутренней красотой, что Александр не удержался и тут же забрал ее в свой шатер, полностью покоренный внезапно вспыхнувшей к Барсине любовью.

  Подобного исхода, никто не мог ожидать, зная, сколько вреда, причинил Александру Мемнон в борьбе за Ионию. Однако красота Барсины перевесила всё плохое, что сделал её муж и она надолго заняла ложе Александра, будучи старше его по годам.

  Герой оказывал ей свое постоянное внимание и любовь, от чего женщина вскоре понесла от царя к огромной тревоге многих македонцев. Напрасно они пытались оторвать Александра от пленной красавицы. Все было тщетно и им пришлось только ждать будущих родов, отчаянно надеясь на появление на свет девочки.