- Я считаю, что эта встреча подарок судьбы. При твоих способностях и таланте, она обязательно откроет тебе прямую дорогу к высоким сановникам македонского войска и возможно даже к царю Александру – вселял надежду в своего собеседника волхв. Нефтех скромно умалчивал о своей прямой причастности к поражению Дария, справедливо полагая, что об этом в персидском Мемфисе пока не стоит распространяться.
Так в этот день был положен задел к новому рождению Нефтеха, но пока еще не было принято окончательного решения. Сидя дома, жрец через Валтасара тщательно собирал информацию о других всевозможных египетских беглецах, способных пролить свет на его предательство в битве при Иссе, но более никто в Мемфисе не объявлялся. Самого Нефтеха считали погибшим и на его место секретаря архивов Тота, уже было несколько претендентов.
Узнав обо всем этом, юноша решил, что больше нет смысла сохранять свое инкогнито и посему отправился к дому верховного жреца бога Ра. С замиранием сердца ждал он выхода своей ненаглядной Анхен, но каково было его разочарование, когда вместо прекрасной дочери верховного жреца появился ее служанка, и даже не выразив радости по поводу счастливого возвращения из лап смерти, холодным тоном объявила, что госпожа не может принять Нефтеха, ни сегодня, ни в ближайшие дни.
Если бы не длительная подготовка Валтасаром своего друга к подобному исходу, после этого вердикта должна была быть бурная сцена, но Нефтех с достоинством принял этот удар судьбы и молча, удалился.
Главный жрец храма Тота так же принял возвращение Нефтеха без особой радости. Сдержанно поблагодарил богов сохранивших жрецу жизнь, но поспешил сообщить, что прежнее место Нефтеха уже занято. Он, конечно, постарается найти ему место, но только не сейчас, нужно подождать.
В знак того, что его слова не расходятся с делом, главный жрец вызвал казначея храма и приказал ему выдать вернувшемуся Нефтеху определенную сумму денег на проживание. После чего аудиенция закончилась.
С этой минуты для молодого жреца, началась жизнь изгоя. Все кто раньше был с ним близок, старались свести с ним общение к минимуму, ограничиваясь в разговоре простыми, ничего не значившими фразами.
Другие вовсе перестали замечать юношу, и это очень сильно било по его самолюбию. Сама жизнь подталкивала жреца к тому, чтобы стать гадателем. С помощью Валтасара, Нефтех научился быстро входить в состояние транса и, создав образ оракула вещать на предполагаемых слушателей.
Египтянин оказался прирожденным артистом. Он так хорошо справлялся со своей ролью, что Вальтасару иной раз казалось, что сами боги разговаривают с ним посредством юноши. В кратчайшие сроки старик научил будущего пророка чудесам чревовещания, что очень воздействовало на сознание простого человека, в правильно созданной обстановке таинственности.
В отношении предсказания, волхв делал основной упор на их туманность, недосказанность, дающие возможность их двойного толкования. Искусство этого процесса заключалось в построении фраз пророчества, чтобы эта лазейка не сильно бросалась в глаза, но всегда присутствовала.
Все это было непросто, но Валтасар, веривший в способности своего ученика, упорно натаскивал его на составление словесных шарад.
Занятый своим новым перевоплощением, жрец не особо доставал различными просьбами верховного жреца Тота и поэтому регулярно получал от него некоторое денежное довольствие. Мемфис, затаив дыхания, слушал гонцов из Финикии, где неистовый Александр приводил к покорности Тир и никто не мог сказать точно, во что выльется эта осада.
Освоившись со своей будущей профессией, Нефтех уже собирался дождаться Александра в Мемфисе, однако жизнь перечеркнула эти планы, преподнеся ему неприятный сюрприз.
Он воплотился перед Нефтехом в виде посланника от мемфиского сатрапа, который этим вечером потребовал к себе во дворец волхва Валтасара проживающего у жреца Тота. Объявив приказ правителя и не найдя Валтасара в доме Нефтеха, вестник покинул скромное жилище будущего прорицателя, оставив его обитателей в страшной тревоге. Подобные ночные визиты не сулили ничего хорошего для приглашаемых людей. Об этом Нефтех сказал своему товарищу, когда тот пришел домой с базара.
- Послушай Нефтех, настал очень серьезный момент в нашей с тобой жизни. Пусть я ошибаюсь и это мои старческие страхи, но будет совсем не лишнее, если ты подготовишь себе укромное место на эту ночь и даже будешь готов скрыться из столицы. Возможно, причина этого вызова мой недавний спор со жрецами Сета по поводу астральных свойств души человека. Каюсь, что не сдержался, слушая их диалог на базаре и в пух и прах, разгромил их мнение. Но сердце подсказывает мне, что от нас попытаются избавиться обоих. Пока ты жив, то будешь постоянно напоминать Анхенсенамон о былых с ней отношениях, а высокородные люди этого не любят.