— Давай!
Десяток болтов синхронно полетели на другой берег. И не причинили никакого ущерба. Возможно, заставили одарённых использовать немного маны, чтобы увернуться или отбить снаряды, но и только.
Кошка не стала дожидаться окончания представления и заставила лошадку рысить к переправе.
— Только попадись мне в бою, мелкая дрянь!
Раздался гневный окрик Вителлоццо, заставивший Кошку рассмеяться во весь голос. Эрио казалось удивительно весёлым, что столь страшный человек может лишь бессильно гневаться на неё.
«Да, было весело! Жаль, он не решился сражаться! Хотя… Осторожный, хитрый, расчётливый, могущественный! Какого чудесного врага ты себе нажила, кошечка! Так будет намного интереснее, хэ-хэ-хэ!»
«Я предпочла бы сидеть в глухом лесу с Шель, если бы могла, а не наживать врагов.»
«Да-а? А эта ухмылка на твоей мордочке говорит обратное!»
На том же повороте Эрио увидела зарево пожарища и ей расхотелось шутить. Война вовсе не выиграна, а мелкие победы лишь позволили им не пасть раньше времени. Всё только начиналось.
Глава 43
Эрио открыла свиток и посмотрела направление к Шель. Судя по едва уловимому изменению направления, пожарище в лагере врага устроили именно они, воспользовавшись отсутствием основных сил. Зная Мод, Кошка надеялась, что они ещё и лошадей увели с собой или хоть заставили разбежаться. Тогда у противников точно начнутся проблемы с провизией. Что заставит их либо отступить, либо драться ещё ожесточённее. Она очень надеялась, что Вителлоццо решит сохранить силы и отступит, чтобы объединиться с войсками Валдека. Но принимала возможность иного исхода.
От мерного покачивания в седле и всех пережитых драк её начало клонить в сон. Эрио открыла забрало и потёрла лицо, чтобы немного взбодриться. Ей с трудом верилось, сколь длинным и насыщенным выдался этот день, всё никак не желающий заканчиваться. А ведь впереди ещё маячил грозный удар магов, должный снести башню, за которым неизбежно последует новая попытка штурма.
— А-А-А!
Истошные вопли с переправы слегка взбодрили Кошку. Раньше ей не доводилось слышать подобного крика, тем более сразу из нескольких глоток. Припомнив чан с кипящим маслом, Эрио вздрогнула, отлично представляя ощущения от столь обширного ожога. Впрочем, Кошка не испытывала особой жалости к несчастным, ведь в иной раз на их месте может оказаться она сама. Каждый, кто берёт в руки оружие, с целью лишить другого жизни, принимает правила игры, уравнивая ставку своей.
К моменту её возвращения атакующие уже откатывались назад, услышав сигнал рога, но не бежали, а всего лишь отступали, утаскивая раненных и убитых. К своему удивлению, она заметила на другом берегу Вителли, отдающего приказы. Палаточный лагерь позади них почти весь сгорел, а лошадей действительно нигде не наблюдалось. Правда, когда Эрио вдруг подумала о таком табуне, ей аж поплохело. Куда деть такое стадо и чем их прокормить?! Хотя, с другой стороны, это не её проблемы, а после продажи их ждёт просто невероятная прибыль, конечно, если Кошку возьмут в равную долю.
— Кар.
На плечо сел ворон и вновь вытянул лапку. Ведьма словно прочла её мысли, и предложила довольно необычное решение лошадиного вопроса.
— Я предложу, а там посмотрим. Скорее всего он попробует меня убить и откажется.
Доехав к союзному лагерю Эрио вручила поводья первому попавшемуся вояке и пошла в башенку. Сперва она захватила моток верёвки, прошла с ним на самый верх под настороженными взглядами, привязала к опоре и спустилась вниз. Напитав тело маной, Кошка пошла вперёд, пока не дошла к середине, где остановилась.
— Эй! Вителли! У меня есть предложение!
Горло засаднило от крика, да и вышло не очень громко, но её и без того видели, а значит кто-то да доложит о ней начальству.
— Чего тебе, отродье?
Вителлоццо лениво подошёл к переправе и поднял забрало. За несколько часов с момента объявления своего ультиматума он растерял всю весёлость и задор. Кошка тоже показала личико, стараясь не дать ухмылке растянуть уста.
— От имени своего отряда предлагаем тебе сделку: вы снимаете осаду и не пытаетесь пересечь реку, пока не прибудет ваш наниматель, а взамен получаете всех лошадей и половину мулов.
Наёмник дёрнул губой и протараторил что-то на своём языке, скорее всего — матерное.