- Читал, но…
- Он не разобрал твои каракули, - громко заявил мужичок в комбинезоне. – Как их вообще разобрать можно?
- Так писал бы сам!
- Калле, не кричи на отца, это не вежливо, - ехидно осадил мужичок разгорячившегося парня и сунул Армо в руки заляпанный передник. – Вот, чтобы не заляпал одежду. Краски мы уже закупили.
- Краски?
- Нарисуешь на стене чашку с расплавленными часами? – Спросил Калле. – Я тут думал над тем, что ты тогда сказал… Кофе, растворяющий время – отличный слоган!
- Но я не умею расписывать стены!
- Всё бывает в первый раз,- отец Калле похлопал Армо по спине и вышел из кафе, качнув вывеску «Закрыто».
Армо покосился на краски и кисти, разложенные на газетах, и понял, что сбегать уже поздно. Он повернулся к Калле с надеждой на инструкции.
- Я не могу заказать профи, - ответил тот на немой взгляд парня. – А знакомых художников у меня нет. Могу заплатить по обычному тарифу, плюс бесплатный кофе навсегда. Договорились?
- Сколько этот тариф? – У Армо прервался голос, и Калле написал сумму на листке бумаги. Ею можно было спокойно покрыть арендную плату на полгода вперёд. – Я нарисую лучшие часы!
- Хорошо. Если что – я за той дверью. Тебе что-нибудь нужно?
- Стул и воды.
- Вон там бутыли, вон там стулья. Пользуйся.
И Калле ушёл, оставив Армо один на один с красками и пустой белой стеной, которая пугала своей чистотой. Как он вообще оказался втянут во всё это? Армо распечатал краску и нанёс несколько мазков на руку, проверяя цвет. Что ж, это мало отличается от обычного рисования. Просто холст немного побольше…
Армо закончил к девяти часам вечера. У него ужасно болела спина и колени. Казалось, ещё немного – и он рухнет без сил прямо посреди кафе. Но сил оказалось больше, чем он рассчитывал – Армо полностью закончил иллюстрацию и слоган. И даже был доволен работой в целом. Но только в целом.
- Выглядит потрясающе! – Одобрил Калле, когда Армо объявил о том, что справился. – Ты точно занимался таким в первый раз?
- И в последний, - пробормотал Армо, разминая затёкшее запястье.
- Ты что-то сказал?
- Нет. Всё в порядке.
- Вот деньги. Может, тебе кофе в дорогу?
- Нет, спасибо.
Армо пересчитал деньги, которые в его ладони казались невероятно огромными. Спрятав их во внутренний карман, парень отошёл к двери, чтобы издалека осмотреть свой многочасовой труд.
Раздался резкий звук. Калле достал из-под стойки пухлый чёрный телефон и ответил на звонок. Армо всё ещё не привык к телефонам. Казалось бы, первый звонок состоялся всего восемь лет назад, а теперь его могут позволить себе все, у кого хватит денег. Может, он и сам хотел бы себе этот кирпичик с кнопками, однако звонить ему было некому.
На улице совсем стемнело. Фонари ярко освещали пустые улицы. Иногда проносились машины и встречались парочки, но большее пространство было заполнено пустотой. Армо шёл, прокручивая в голове сегодняшнюю работу. Невольно он ощущал себя тот мышиной статуей, которая с маленьким карандашом сидела перед огромным городом.
Впереди появился силуэт девушки. Она легко шла, немного раскачивая волосами. Армо постарался её обогнать, чтобы и дальше наслаждаться пустой улицей, но каждый раз силуэт отдалялся. Вздохнув, парень сбавил шаг, позволяя незнакомке уйти.
Но она вдруг остановилась. В этом было что-то тревожное. Её красное платье струилось на ветру, и Армо только сейчас осознал, что на ней нет никакой верхней одежды. Стоило ему это осознать, как девушка развернулась и направилась к нему плавными шагами.
Армо шагнул назад и почувствовал, что внутри груди поднимается что-то колючее. Очень колючее, царапающее душу, словно засохшая кисть. Парень попытался сглотнуть, но не смог – в горле стоял ком.
Девушка медленно шла к нему. В свете фонарей не было видно её лица – оно казалось размытым пятном. Армо сделал несколько шагов назад и остановился.
Навряд ли это происходит на самом деле – ведь какова вероятность, что эта девушка, в платье из сна – просто галлюцинации? Это ведь не может быть правой.
Фонарь над его головой внезапно заморгал и потух. Армо перевёл взгляд на девушку. Она казалась ещё ближе, и её лицо постоянно менял очертания.
Армо побежал.
Казалось, вся улица погрузилась в вакуум – слышно только биение сердца и шарканье ботинок. Куда он повернул? Нужно было бежать домой? Где его район? Где он?
Армо остановился, опираясь на шершавую стену здания. Ему стало трудно дышать. Парень осторожно обернулся – в темноте на него медленно надвигалась фигура.