В понедельник утром он впервые за долгое время зашёл к парикмахеру, который аккуратно постриг его волосы. Теперь на Армо смотрел молодой художник с потерянным взглядом, но верой в лучшее – именно таким он приехал в Хельсинки.
- Армо, да ты прямо светишься!
Анна тоже светилась. У неё в руках был букет, подаренный соседом. Эти цветы напоминали Армо, что его Анна – та ещё кокетка. И сейчас она раскраснелась и многозначительно ковыряла носком плитку у двери.
Армо как раз собирался уходить, когда она появилась у своей квартиры.
- Всё-таки пойдёшь в газету? Я рада за тебя.
- Не только. Сегодня мои работы выставят на любительском стенде. Приходите, если хотите.
- Да уж, не зря ты столько корпел и трудился. Горжусь тобой, мой мальчик.
Она ласково потрепала Армо по щеке, и тот улыбнулся. Мимо его ног проскользнул Мунк, требуя немедленно впустить его в квартиру.
- Ты иди, я его сама покормлю, - рассмеялась Анна и спрятала лицо в розах. – Какой сегодня день чудесный…
Армо вышел из подъезда, ощущая на губах улыбку – широкую и довольную. Он был рад за Анну, как не был рад уже очень давно. Казалось, он и забыл, как выглядит радость. А она оказалась тёплой, сияющей, нарисованной смелыми мазками…
Пока Армо брёл к выставке, от его улыбки не осталось и следа – чувствовался зимний мороз, и ноги леденели даже в меховых ботинках. Пожалуй, нужно намекнуть Анне на вязаные носки в качестве подарка на Новый год.
- Армо! Я знал, что ты придёшь. Смотри, - едва Армо дошёл до выставки, его сгрёб за плечи тот самый редактор из газеты, который брал у него интервью. Он достал из пуховика телефон – серый и компактный. – Мы теперь тоже в ногу со временем, а?
- Рад за вас…
- Не тушуйся! Смотри, там твоя стена.
Они зашли под навес. Картины Армо были схематичными, с текстурными мазками, которые придавали рисункам живость. Они были словно составлены из мозаики.
- Мозаика воспоминаний, - озвучил редактор и довольно потёр руки. – Не уверен, что займёшь место, техника хромает, но зато женской публике зайдёт. Неоновый ангел… Что-то из фантастических книжек, да?
Армо кивнул. Он не хотел делиться с редактором своей историей. Лица тех, кто столкнул Иви, он не помнил, а тот мужчина, что оставил его умирать, и сам поплатился, променяв семью на алкоголь. Месть слишком совершенна, чтобы такой ничтожный человек, как Армо, её касался.
Парень медленно подошёл к картине, на которой была нарисована девушка с неоновыми крыльями за спиной.
- Красиво.
Армо почувствовал мурашки по спине. Он боялся спугнуть этот момент. Вдруг Иви сейчас исчезнет? Нужно попросить прощения, сказать спасибо… Парень почувствовал, как по щекам текут слёзы.
- Ой, я вас расстроила?
Армо обернулся и увидел белокурую девушку в белом пальто. Она вынула платок и протянула парню. Тот повиновался и вытер слёзы. Девушка смотрела на него с любопытством.
- Это ведь вы – Армо? Мне очень понравились ваши работы. Раньше не занимались обложками?
- Нет.
- Я пишу книгу про подростков, и мне кажется, ваши работы хорошо отражают мою историю. Конечно, и править нужно будет много…
- Вы хотите, чтобы я иллюстрировал вашу книгу?
- Возможно, - улыбнулась девушка и протянула Армо визитку. – Давайте обсудим это за чашечкой кофе? Я знаю отличное место.
- Только если мне не придётся пить кофе с тройным сахаром, - вырвалось у Армо, но девушка лишь рассмеялась.
- Ну, я бы выбрала только двойной. И молочную пенку сверху.
Армо замер, а девушка вразвалочку пошла по другим стендам. Парень повернулся к своей стене, чувствуя, как трясутся руки с визиткой. На него смотрели пятнадцать изображений Иви. Она была не похожа на себя, но Армо точно знал, что это она – ангел с неоновыми крыльями, который появляется в жизни людей, чтобы подарить им счастье. Эти картины яркие, смелые, словно сама жизнь Иви. Возможно, она бы признала, что это красиво.
- Красиво.
Голос Иви прошептал эти слова на ухо Армо, и тот улыбнулся. Он знал, что это было прощание. Но в этот раз ему нельзя было расклеиваться – впереди собеседование и представление портфолио. Армо мотнул головой и направился к уже знакомому редактору с твёрдым намерением получить работу.
В этот день кто-то покрыл город звонкой акварелью – он был чистым, ярким, полным улыбок. Армо чувствовал себя чужим, но при этом его сердце замирало каждый раз, когда он осознавал этот момент.
Маленький, ничего не значащий момент для этого города. Но такой большой для художника, который его нарисовал.