Надо сказать, что эти сто лет московская власть всячески пыталась нафаршировать город мигрантами. Как раб, ставший господином над своим вчерашним хозяином, Москва насиловала бывшую метрополию, разрушая ее органику, уничтожая смыслы, вытягивая все, что можно пересадить на московскую почву. Но все равно не смогла до конца уничтожить самость: фронда осталась. Как только новая революция в 1991 году пошатнула Восточную империю, ослабила вожжи, так сразу возник Собчак. Западный. Некая реинкарнация Петра, высокий немного сдвинутый по фазе вельможа, не отягощенный моральными принципами и абсолютно бестолковый. И он магнитом собрал челядь, возведя во “дворянство” новых меншиковых. Мстительных. Вороватых. Голубоватых. Жестоких. Льстивых. Среди них оказался достойный ученик. Правитель слабый и лукавый, плешивый щеголь, враг труда, нечаянно увитый славой… И одержимый комплексом Эдипа. Именно при Путине Петербург окончательно стал городом-инвалидом, унылым и пошлым. Уже окончательно архивным, лишенным напрочь ярких людей и самости.
Ответ на ваш вопрос можно сформулировать одной фразой: «ленинградская элита» оказалась безликой, как лиговские дворы, свободной от предрассудков, от традиций и принципов, несистемной и безнравственной. Она рванулась покорять Москву, чтобы воссоздать Восточную империю, считая себя «новой прививкой» на дряхлом пне былых византийских времен. И успешно это делает. А Петербург снова впал в кому. Хотя «питерские москвичи» все так же продолжают присылать очередных ушлепков на кормление. Наверное, инструкция звучит так: «Мы тебе доверим самый сложный участок работы: быть смотрителем на кладбище истории и не допускать восстания скелетов из-под бордюров». Впрочем, может быть они формулируют задачу иначе. В смысле терминологии. Все-таки слово «поребрик» привычнее для их обкромсанных ножами пластических хирургов ушных раковин.
Вы согласны с прогнозом о том, что путинский клан останется у рычагов в РФ и после Путина?