- Это те самые племена, что потом разбили Зопириона? – тут же громко спросила гетера Электра, которую Нефтех привел с собой на прием. В отсутствие своей жены Антигоны, египтянин позволял себе казаться человеком, которому не чужды маленькие радости жизни. Сторговавшись с гетерой о цене, он стал регулярно приводить её на царские приемы, в качестве блистательного эскорта. Так делали очень многие царские сановники, с одной стороны желая подчеркнуть свою денежную состоятельность, а с другой продемонстрировать свою приобщенность к высокой культуре.
Электра совсем недавно прибыла в Пеллу, но опытный взгляд египтянина сразу выделил её из общего сонма женщин, привлеченных запахом золота. Вопреки своему имени, гетера имела вьющиеся черные волосы и загорелую кожу, что явно выдавало её азиатское происхождение.
- Да дорогая. Нанятые ольвийцами, они коварно ударил в тыл стратегу, который осаждал город для приведения его к покорности царю Александру – негромко ответил Нефтех, но с таким расчетом, что его слова были услышаны царем.
При упоминании о погибшем стратеги, лицо царя налилось краскою недовольства, и он грозно сдвинул брови.
- Признаться, я уже полностью позабыл о несчастной судьбе моего верного стратега. Как давно это было?
- Почти двадцать лет государь, как пролилась кровь моего родича – учтиво произнес Никандр дальний родственник Зопириона, «случайно» оказавшийся на приеме.
Узнав, что Никандр является родней Зопириона, царь велел выдать ему денежную помощь, и более в тот день имя погибшего стратега или убившие его скифы не упоминались в разговорах. Казалось, Нефтех потерпел неудачу, но египтянин хорошо знал, как нужно делать подобные дела. Прошло ещё два дня, и тема скифов вновь была затронута, на сей раз при обсуждении географами северных земель Понта Эвксинского.
Описывая Ольвию, географы упомянули о большой роли этого города в приморской торговле со скифами.
- Да богатенький городок, если сумел нанять целое войско скифов для своей защиты от Зопириона, – в ответ на его слова, зло хмыкнул царь, – откуда у них столько много денег?
Географы, явно не были готовы к подобному вопросу. Они стали энергично перешептываться друг с другом, но дать быстрого ответа как это любил Александр, не смогли.
- За счет торговли, государь. Ольвия в большом количестве за гроши скупает у скифов рыбу, кожи, рабов и зерно, чтобы потом в три дорого продать здесь в Элладе – подал голос Нефтех, воспользовавшись заминкой ученых.
- И не только они, – продолжил египтянин, уловив интерес в глазах монарха, – боспорийцы, часто для решения своих внутренних проблем, нанимали скифские отряды. Так тридцать лет назад во время спора за трон между двумя братьями из местной династии Спартокидов. Младший брат Перисад обратился за помощью к скифам и их конные лучники, сумели перебить фалангу наемных гоплитов старшего брата Левконта, вместе с ним самим. В знак признания своих заслуг перед Пантикапеем, зеленоглазый вождь скифов получил специальную тройную золотую гривну, знак царской власти.
- Откуда ты всё это знаешь!? – удивленно воскликнул Александр.
- Да, да, откуда!? Наверняка выдумал! Такого нет в истории Геродота! – гневно выкрикивали униженные географы, у которых с Нефтехом были свои непримиримые счеты. За время общения с египтянином, ученые не раз оказывались битыми в спорах об устройстве земли или в описании той или иной страны. Используя свои тайные знания, по географии, полученные в жреческой школе храма бога Тота, Нефтех неизменно выигрывал споры с учеными, от чего у последних стала разливаться черная желчь при одном упоминании имени бритоголового советника.
- Действительно, этого нет ни одного упоминания, ни у Геродота, ни у Аристея или Аполлодора, ни у какого другого ученого мужа – признался Нефтех, чем вызвал радостный крик в среде географов, посчитавших, что наконец-то одержали вверх над несносной египетской выскочкой.
- Может быть, он сам был тому свидетель!? Скажи, не стесняйся – выкрикнул один из торжествующих ученых.
- Мне об это рассказывал сам Скилур, вождь наших скифских союзников, когда вместе с нами принимал участие в походах. Да вы и сами могли услышать об этом, будь вы чуть более любопытными, чем приписываемый вам долг перед царем.