- Уймись Мирсил! – прикрикнул торговец, а затем осторожно спросил архонта – ты действительно собираешься им платить такие деньги?
- Я щедро посулил им двести талантов в надежде на их жадность Троил. Никто и никогда не платил кочевникам такой суммы, и их вождь Теродам это знает. Поэтому я думаю, он не будет долго колебаться и приведет под стены Ольвии своих воинов, благо идти им не особенно далеко.
- Но почему ты не послал гонцов в Тавриду? В Неаполь, к царю Орику? Их мечи явно обошлись бы нам гораздо дешевле, чем услуги Теродама – встрял с вопросом Мирсил.
- Тебе же сказали уняться и слушать других! – рявкнул архонт и Мирсил проворно юркнул обратно за спину Троила.
- У Орика нет такого количества воинов как у Теродама. Влекомый блеском золота, он обязательно приведет с собой своих союзников будинов. Чем больше будет варваров, тем лучше для дела. Как только они придут с берегов Борисфена, мы вместе ударим по Александру и зажмем его с двух сторон.
К этому времени, они будут полностью заняты осадой, и мало помышлять об охране своего тыла. Главный удар нанесут варвары, мы только свяжем македонцев своей вылазкой в нужный момент и не дадим развернуть их знаменитую фалангу.
- Значит, наши силы понесут минимальные потери, а весь урон ляжет на плечи кочевников - быстро подытожил Троил и архонт кивнул головой.
- Если скифов падёт очень много, то и платить им можно будет меньше – развил свою мысль торговец.
- Или совсем не платить, в зависимости от потерь. Теродам не сможет взять город, а долго оставаться возле Ольвии ему не позволит Таксакис, ведь это его земли. А если между ними возникнет война, так это будет нам только на руку.
- Ты гений архонт! – воскликнул Троил.
- Я это знаю – скромно ответил Лакротид, скрестив руки на груди и повернувшись в сторону поля.
- А может нам стоит поискать союзников в другой стороне – напомнил о своем существовании Мирсил. – Может, следует обратиться к ареопагу Херсонесу или Боспору и нанять их воинов?
- Боспор и Херсонес никогда не были нам друзьями. Мы всегда были для них только богатыми конкурентами. Думаю сейчас, многие из них потирают руки и хлопают в ладоши при виде нашего положения.
Нет, от них мы не дождемся ни одного гоплита или лучника. Если ты, боишься за свою жизнь, то можешь сложить с себя звание члена ареопага города и по морю отбыть в Херсонес или Боспор. А может в Танаис или к гипербореям. Выбор за тобой, ведь у нас демократия – язвительно бросил архонт.
- Чтобы я снял с себя звание члена ареопага?! Не дождешься! – гневно выпалил Мирсил. Он еще что-то хотел добавить, но вовремя осознал что, вступив в словесную перепалку с Лакротидом, окончательно потеряет своё лицо, в присутствии другого члена ареопага.
- А если македонец вступит в сговор с царскими скифами и они объединяться против нас? – спросил Троил, быстро просчитывая все возможные варианты – что тогда?
- Это вряд ли. Александру они совершенно не нужны ни как союзники, ни как друзья. А делиться своей добычей, со скифами, на это царь никогда не пойдет. Уж слишком мелки они перед всем его величием. Нет, этот союз невозможен по своей природе.
Разговор властителей города нарушил гонец, прибежавший из порта от наварха Леонтикса.
Со стороны моря к городу подошли военные корабли под флагом Александра. Они не приближаются к порту, предпочитая курсировать на расстоянии двух пролетов стрелы, – доложил запыхавшийся гонец.
- Бедный Мирсил. Теперь ты не сможешь воспользоваться правом выбора – сочувственно хмыкнул архонт, а затем скомандовал гонцу – передай, Леониду чтобы внимательно наблюдал за маневрами триер противника. Я не исключаю возможности морского штурма.
Александр появился у стен Ольвии только ближе к вечеру. Вначале на горизонте стали заметные клубы пыли от идущей к городу пехоты, которые роились и становились гуще по мере приближения вражеского войска к Ольвии. По бокам от пехотинцев двигалась многочисленная конница, о силе и мощи которой Лакротиду было много известно. С опаской и ненавистью глядел он на главную ударную силу противника, подарившей Александру столько славных побед.
Зоркий глаз архонта Ольвии несколько раз смог разглядеть среди всадников, красный плащ македонского царя, который был своеобразным указателем как для своих, так и для чужих воинов. Если бы на вооружении городской стражи были бы дальнобойные скорпионы, архонт не раздумывая ни секунды, отдал приказ открыть огонь по красному плащу, но к огромному разочарованию Александр был недосягаем.