Весь городской совет вместе архонтом Пизоном торжественно встретил великого завоевателя у центральных ворот, преподнеся ему в дар от жителей города белый плащ, расшитый золотой нитью, предназначенный для жертвоприношений. Александр милостиво принял подношение горожан и к огромной радости херсонесцев немедленно накинул его на плечи.
Проезжая по улицам Херсонеса к храму Зевса, царь отметил про себя, сколь крепки и основательны были городские постройки, которые мертвой хваткой вцепились своими стенами в захваченную у тавров землю.
- Храм великого Зевса был возведен по приказу славного Перикла, который оказал неоценимую помощь, когда прибыл в Херсонес со своим флотом во время своей понтийской экспедиции. Тогда афинский архонт разгромил полчище тавров подступившее к воротам нашего города и угрожавшее ворваться внутрь его. К тому времени стены Херсонеса не были столь мощными как сейчас и потому за оказанную помощь, жители города нарекли Перикла Сотером (Спасителем) – журчал над ухом Александра голос Агрикола.
- Да? Я не знал столь интересный факт из жизни славного Перикла. Продолжай.
- Великий архонт приказал насыпать вал на перешейке и тем самым даровал нашему городу спокойную жизнь от набегов ужасных варваров. С этого момента и начался блистательный расцвет Херсонеса.
- А где стела, прославляющая деяние Перикла городу? Она ведь должна быть в центре города, не так ли. Я обязательно хочу посмотреть на неё – спросил Александр и Агрикол моментально приумолк, тревожно переглянувшись Пизоном.
- Что замолчал? Неужели Херсонес не воздвиг памятной стелы своему спасителю? – с негодованием спросил царь.
- Нет, конечно, город установил стелу Периклу, сразу после победы над врагами, но через двадцать три года молния попала в неё и сильно повредила изваяние – поспешил прийти на помощь Агриколу архонт.
- И что потом? Дай угадаю. У городского совета не нашлось денег на её замену или реконструкцию. Так?
- Как ты проницатилен государь – с притворной радостью воскликнул Пизон – так все и было. Тогда шла Пелопоннесская война, город нес большие убытки из-за нарушения мирной торговли. Такие убытки, страшно сказать.
- Чтобы вы не забыли деяние своего второго спасителя, я прикажу высечь мою стелу не из мрамора, а из гранита – холодно молвил Александр и, сойдя с коня, стал быстро подниматься по ступенькам храма Зевса. Позорно трусивший за его спиной архонт едва поспевал за македонцем, хотя при этом он успел яростно показать кулак Агриколе, не в меру распустившему язык.
Пизон ждал продолжение царского недовольства, но все обошлось. Вся церемония жертвоприношения прошла на редкость спокойно и благородно. Александр щедро одарил жрецов храма за проведенный ритуал, выдав им сразу десять талантов золота на нужды храма.
Куда более строгим он был с городским советом, когда диктовал им условия союзного договора между Македонией и Херсонесом. При видимой свободе, город лишался права заключать какие-либо политические договора с третьими лицам, иметь регулярную армию и боевой флот. Отныне в городе будет сидеть царский наместник, который будет ведать всеми военными и политическими делами Херсонеса. Взамен город получал титул союзника Македонии и возможность торговли со всеми землями огромного македонского царства.
Конечно, условия для свободолюбивого города были тяжеловатыми, но деваться было не куда, и большинством голосов совет принял условия македонца, настойчиво посоветовав несогласным отправиться в царский лагерь и посмотреть на стрельбы огневыми баллистами.
Александр дал своему войску ровно полторы недели на отдых у стен Херсонеса, а затем двинул его к Пантикапею, где разворачивались интересные события, заключительного этапа тавридского похода.
Пантикопейский владыка Перисад, несмотря на трагическую участь Ольвии и разгром скифского царства, категорически отказывался признавать нал собой верховную власть македонского царства.
Как и ожидал Александр, Перисад со своими военачальниками сделал главный упор на укрепления киммерийского вала, в надежде с большим толком использовать их против наступающих сил врага. По данным конной разведки, пантикопейцы отступили к самому валу, предварительно уничтожив посевы, вырубив виноградники и засыпав колодцы.