Напуганные неожиданным нападением македонцев, отряды караульной стражи спешно бросились атаковать врага, пытаясь остановить их на второй линии частокола. Столь скоропалительное решение, сыграло на руку противнику боспритов, не позволив в полной мере использовать своих лучников. Не имея возможности из-за темноты четко различать своих солдат, от солдат противника, они были вынуждены вести стрельбу наугад, тогда как македонские стрелки прекрасно ориентировались по многочисленным факелам, которые зажгли боспориты.
Поэтому, когда воины Эвмена прорвали вторую линию заграждений, среди защитников вала имели серьезные потери в своих рядах, в особенности от стрел арбалетчиков, которых Эвмен выдвинул к самому краю рва под прикрытием больших переносных щитов. Стратег лично руководил их стрельбой, следя за тем, чтобы под их убийственный огонь не попали свои же гоплиты.
Схватка у частокола была яростной, но короткой. Не выдержав массированного удара врага, боспориты стали отходить, по пятам преследуемые гоплитами Эвмена. Последняя часть ночной схватки разыгралась на гребне вала, куда стремясь спасти положение командующий этим участком обороны Агесилай, бросил все имеющиеся в его распоряжении силы. Опытный наемник полагал, что сможет если не отбросить врага, то хотя бы продержаться до подхода подкрепления. Тревожный гонец уже был послан Перисаду, однако всё сложилось не так, как рассчитывал Агесилай.
Выдвинутые на гребень вала гоплиты, были смяты беспорядочно отступающими боспорскими караульщиками. Не слушая приказов Агесилая, полностью потеряв голову от страха, они в одну минуту расстроили стройные ряды фаланги стоящей на верхушке вала. Пока боспорцы яростно переругивались с греческими наемниками, подоспели македонцы, и завязалась кровавая схватка. И здесь воинству Перисада пришлось на своей шкуре испытать, что мастерство и умение воинов Александра не пустой звук.
Гоплиты Эвмена атаковали исключительно стройными рядами, несмотря на то, что вынуждены, были подниматься по крутому склону. За их спинами двигались лучники и пельтеки забрасывающие вражеских воинов стрелами и дротиками, что наносило им ощутимый урон. Из-за малого пространства на вершине вала, Агесилай не мог подобно македонцам использовать лучников, которые были вынуждены отойти на обратную сторону вала и вести стрельбу, не видя цели.
Как не были храбры и опытны наемники Агесилая, но вести сражение с разорванными рядами против первоклассной армии противника, они не могли. Исход боя был предопределен заранее и весь вопрос заключался во времени. Чуть более получаса понадобилось солдатам Эвмена на то, чтобы подняться на гребень вала и обратить в бегство его защитников.
У Агесилая был призрачный шанс остановить врага когда, преследуя его воинов, македонцы вышли на гребень вала и стали хорошо видны стоявшим внизу лучникам. Град стел обрушился на преследователей, но оказалось, что они имели хорошее противоядие против греческих стрел. Прозвучала команда и, перестроившись «черепахой» македонцы стали спускаться с вала.
Выпущенные стрелы либо попадали в щиты переднего ряда, либо падали сверху на поднятые над головой щиты гоплитов. Поэтому большого вреда македонцам этот яростный обстрел не принес, зато вселил сильный страх в сердца боспоритов, на которых медленно и неотвратимо накатывал ощетинившийся копьями вражеский строй.
Видя, что остановить врага уже не в его силах, Агесилай благоразумно решил отвести войска вглубь полуострова и одновременно послать к Перисаду нового гонца с печальными известиями.
Положение правителя Боспора к этому времени было отчаянным. Собрав в один кулак все свои силы, он уже готовился дать отпор Александру, когда прискакал гонец от Агесилая.
Будь против него какой-то другой царский полководец, Перисад не колеблясь ни минуты, отдал бы приказ двинуть подкрепление на помощь Агесилаю. Однако против него действовал сам македонский царь, который, как известно всегда сам шел на острие главной атаки.
С высоты вала Перисаду были хорошо видны царские штандарты, которые всегда находились исключительно в месте пребывания монарха. По уверению людей свиты, они сами видели, знамениты алый плащ македонского царя, который мелькал среди всадников катафрактов. Кроме того, против Перисада действовали огненные баллисты и царские щитоносцы, главная ударная сила македонца, об этом знали все без исключения.