Стоявшие по соседству отряды Брена, слишком поздно подошли к лагерю Радогайса и были встречены главными силами македонской пехоты, к этому времени подошедшей к месту сражения. В завязавшейся схватке, галлы были отброшены с большими для них потерями. Так осада македонской столицы была снята.
Появление царя вызвало бурю восторга среди македонцев, приготовившихся к самому худшему исходу. Под восторженные крики высыпавшей на улицу толпы, Александр вместе с небольшим эскортом, прибыл во дворец. В центральном зале, с испуганным лицом его ждал хилиарх Запада Птоломей.
Не такой представлял себе встречу с царем Птоломей Лаг. Осунувшийся от постоянных тревог и бед, изнемогавший от плохо заживавшей раны плеча, наместник Запада, вызывал только жалость и сочувствие, но никак не гнев. Стоявшая рядом с мужем афинянка Таис с надеждой и тревогой смотрела на Александра. Ранее царь состоял с ней в любовной связи, а потом отдал красавицу Птоломею. Именно просящий взгляд Таис удержал македонского царя от громкого разноса на людях хилиарха Запада, потребовав оставить их наедине.
Как был благодарен великим богам Птоломей, что в этот момент рядом с царем не было хилиарха Востока Эвмена, везунчика кардийца, уже дважды срывавшего тайные планы македонца.
- Говори, почему ведомые тобой мои непобедимые воины были разбиты северными варварами. Почему против них не были выставлены сариссофоры и катафракты - сдерживая гнев, спросил Александр, глядя в измученное лицо хилиарха.
- Это полностью моя вина государь. Воюя с галлами в Италии, я неоднократно применял против них тактическое построение, предложенное Марком Перперной и Тарквинием Габром, отличное от нашей фаланги. Вместо единого строя, италики предложили построение в три линии, разбитые на квадраты. Поверь, Александр, это построение всегда приносило нам победу, и мы полностью разбили врага, в разы превосходившего нас по численности.
- Поэтому ты и отказался от сариссофоров, – догадался царь, – так почему же здесь в Македонии тебя постигла неудача, стоившая нам Эгг?
- Не знаю, государь, не знаю. Все шло как обычно, мы выстроились в три линии и атаковали галлов в лоб. Они наступали ровными рядами, многие из воинов носили плотный металлический доспех, который с трудом одолевали наши копья. Другие же воины были голыми по пояс вооруженные одними длинными мечами или двойными топорами. Они с такой яростью и радостью кидались на наших воинов, что казалось, что они только и живут радостью битвы.
- Ясно, – коротко бросил царь - под их натиском твоя первая линия дрогнула, и галлы навалились на вторую линию. Почему не бросил на правый фланг катафрактов?
- В Италии у нас в основном была легкая конница, которой было вполне достаточно для оказания давления на фланги противника.
- Ты я вижу, полностью перенес свой итальянский опыт на нашу землю, с легкостью позабыв то, благодаря чему и была покорена эта Италия! – взорвался царь, но жалкий вид Птоломея заставил умерить его гнев, – продолжай!
- Удары кавалерии с флангов, стеснили натиск галлов, но полностью остановить его не смогли. Главную роль в разгроме второй линии сыграли именно эти, металлические солдаты. Их неуязвимость и сила удара длинных мечей, от которых люди гибли, как мухи не в силах ответить ударом на удар, – Птоломей облизнул сухие губы, и было видно, что хилиарх вновь переживает это сражение.- Будь у нас время, мы конечно бы смогли опрокинуть врага, но эти сумасшедшие берсерки не позволили нам перегруппироваться.
- Одним словом они опрокинули и вторую линию. Как долго проходило сражение?
- Чуть меньше час.
- Будь у тебя под рукой катафракты, ты бы к тому времени уже прорвал их фланг и вышел в тыл. А против удара с тыла ни одна армия мира не устоит, особенно когда её атакуют катафракты. Ни одна Птоломей! – яростно прорычал царь, и по щеке хилиарха побежала струйка липкого пота.
- Дальше, что было дальше – нетерпеливо бросил Александр, хотя картина этого злополучного боя уже отчетливо стояла перед его глазами.
Собеседник смахнул ладонью влагу с ресниц и глухо продолжал.
- Я очень надеялся на своих ветеранов, и они не подвели. Все воины, что ты видел в Пелле, все они здесь благодаря их мужеству. Пропустив отступающих воинов через свои ряды, они вступили в схватку с врагом. Я попытался остановить отступающих солдат и повернуть их обратно, но ужас вселился в сердца моих воинов.