В это время несколько берсеркеров, преследую отступавших воинов, используя суматоху, сумели проскочить когорты ветеранов, прежде чем они успели сомкнуть свои ряды в одну линию. Один из них размахивая огромным копьем, привлеченный богатым доспехом бросился на меня.
Мою жизнь спас молодой италик Аквилий, грудью защитивший меня от удара врага. Копье галла насквозь пробило доспех воина, его самого и, выйдя наружу, пробило и мою броню, серьезно ранив плечо. Невзирая на рану, я бросился на него с мечом и зарубил врага. Это был мой последний поединок в этом бою. От потери крови я ослабел, и мои телохранители увели меня с поле боя, посадив на коня.
- А что твои любезные советчики Перперна и Габр? Почему они не смогли остановить бегущих солдат?
- Перперна был убит при сражении первой линии, Габр же оставался с ветеранами до самого конца и пал вместе с ними.
- Да, не веселая история, – помолчав, сказал Александр, – и все из-за того, что ты отошел от нашей победной тактики.
- Я был полностью уверен в успехе царь! Ведь мы раньше всегда били галлов.
- Только на этот раз тебе попались неправильный противник - Винцеринг – язвительно парировал царь и Птоломей замолчал, понуро опустив голову.
- Ладно, сейчас не время упреков пока галлы стоят под стенами столицы. Я принимаю командование гарнизоном на себя, а тебе приказываю лечиться. Сегодня же пришлю к тебе Нефтеха, своим искусством врачевания, он быстро поднимет тебя на ноги.
Сражение с осадившим Пеллу Винцерингом произошло на второй день после снятия блокады Александром. Заметив, что македонцы вышли из-за неприступных стен и стали строиться на поле для битвы, вождь галлов охотно принял брошенный вызов. Винцеринг был полностью уверен в силе своих воинов, не видя особого различия между Птоломеем и Александром.
Сам македонский полководец ни на йоту не отступил от своего излюбленного построения. Выдвигая веред сариссофоров, а на правый фланг катафрактов, Александр как бы продолжал свой спор с Птоломеем о тактике и намеривался на деле доказать свою правоту.
Винцеринг также не отступил от своего удачного построения, внеся лишь небольшие коррективы. Правильно рассудив, что к врагу подошло значительное подкрепление, галльский вождь решил усилить свою пробивную силу своего войска, построив его косым клином, на вершине которого располагались галльские тяжеловооруженные воины.
С жадностью рассматривал Александр вражескую силу, так непринужденно разгромившую хилиарха Запада. Галлы действительно были буквально закованы в тяжелые латы, которые полностью закрывали голову, грудь, живот и ноги воина, оставляя свободными лишь кисти и стопы человека. Лицо защищала тонкая металлическая сетка, сквозь которую воин мог наблюдать за противником.
Вооруженные длинными мечами, железные воины составляли девять первых рядов клина, далее шли простые воины, среди которых в большом числе наблюдались оголенные по пояс.
- Берсеркеры, – со знанием дела произнес Александр. – Эвмен, прикажи усилить центр арбалетчиками, главной целью которых будут железные воины и только они.
Хилиарх востока покорно кивнул головой, он бы тоже с огромной радостью выставил бы против броненосного противника арбалетчиков, изобретение желтокожих синов. Они были основательно модернизированы царскими оружейниками оснастившие его небольшим воротом и теперь, выпущенный из них болт мог пробить любую броню с расстояния 60 метров.
Было уже около 10 часов утра, когда войска стали стремительно сходиться. Винцеринг не оценил угрозу, исходящую от катафрактов, расценив их обычной вспомогательной кавалерией. Он посчитал, что берсеркеры, вооруженные боевыми топорами, молотами и секирами если не справятся с кавалеристами, то уж наверняка смогут нейтрализовать их, пока латники не прорвут фронт македонской пехоты.
С громкими радостными криками, устремились галлы навстречу своей новой победе, выстроившись мощным клином. Ловко и привычно бежали латники вождя Винцеринга, с каждым пройденным шагом увеличивая силу своего удара. Громко и воинственно кричали передние ряды галлов, и им дружно отвечала средина, стремясь, навести как можно сильнее страху и ужаса на своих врагов. Воины Винцеринга старались от всей души, но сегодня им попался не обычный враг.