«Гарнье, вы же видите, что здесь находится мессир Эрви де Леон — один из великих баронов Бретани. Он уже выказал мне повиновение, и так же сделали многие благородные прелаты, дворяне, все добрые города и крепости Бретани. Поэтому вам не следует становиться мятежником, ссылаясь на то, что я не являюсь герцогом Бретонским, ибо этот титул перешел ко мне по наследству от моего недавно почившего сеньора-брата». — «Сир, — ответил рыцарь, — я провел множество дней и ночей подле монсеньора вашего брата, о коем вы говорите. И при этом я не раз слышал, как он утверждал, что у вас нет на герцогство Бретонское никаких прав, ибо все они принадлежат мессиру Карлу де Блуа по той причине, что он женат на дочери мессира Жана Бретонского, графа Пантьевра, родного брата почившего доброго герцога. Когда эти доводы — раз вы желаете поставить их под вопрос — получат ясную оценку и определение там, где надлежит, то есть в Париже, перед королем Франции и двенадцатью пэрами, тогда я и открою ворота Брестского замка, а до той поры — нет». — «Гарнье, Гарнье, — ответил граф де Монфор, — мы не желаем ждать так долго. Однако ступайте назад: вы сказали уже достаточно. И знайте, что мы постараемся войти в Брест как можно скорее».
После этого мессир Гарнье вернулся в замок, а граф де Монфор велел отладить и приготовить к штурму осадные машины и бриколи. Он сказал:
«Брест — это ключ ко всей Бретани! Завладев им, я получу Бретань!»
Глава 3
О том, как граф де Монфор завоевал замок Брест, и о том, как ему сдались многие другие города и замки
Испытав большое неудовольствие от слов мессира Гарнье де Клиссона, граф де Монфор твердо решил, что не станет помышлять ни о чём ином, покуда не возьмет замок Брест. Два дня спустя графу посоветовали сделать следующее: устроить одну засаду столь близко от замка, сколь позволяет осторожность, а затем сняться с лагеря, плохо соблюдая порядок, словно по неопытности, дабы выманить мессира Гарнье и его людей. И, когда они выйдут наружу, засада выскочит вперед и зажмет их между замком и лагерем. А иначе, мол, их не взять.
Как посоветовали, так и было сделано. Возле замка скрытно устроили и расположили засаду, а когда настало утро, воины графа начали сниматься с лагеря. Они складывали в мешки шатры и палатки, грузили их на повозки и фуры, а затем уходили разрозненными толпами. Мессир Гарнье де Клиссон и его соратники, находившиеся в замке Брест, заметили, что происходит. Поэтому они сказали: «Сделаем вылазку и ударим в тыл уходящим! Мы нанесем им урон и вернемся назад с пленниками!» Они так и сделали. Выйдя наружу, они не слишком удалились от замка, ибо люди графа де Монфора располагались лагерем очень близко, в палисадниках перед рвами.
Воины гарнизона вышли с копьями в руках, полностью готовые начать бой и ударить в спину монфорцам. Уже завязали стычку, как вдруг из-за крепости стремительно появилась засада и напала на воинов, охранявших ворота. Когда те заметили врагов, то очень встревожились, но, тем не менее, стали храбро обороняться.
Мессир Гарнье и его люди услышали шум схватки. Поэтому они оставили свой замысел, вернулись к замку и очень отважно вступили в бой. С великим трудом смогли они сдержать натиск противника, ибо мост был опущен, ворота открыты, а нападавшие всеми силами старались ворваться внутрь. Разгорелась яростная и лютая схватка, воины гарнизона совершили множество ратных подвигов, и особенно отличился мессир Гарнье де Клиссон. Ведь он держался позади всех своих людей и, доблестно сражаясь, прикрывал их отход к воротам. Те, кто стоял наверху ворот, пускали стрелы, бросали камни и заставили штурмующих попятиться. Но всё равно, как ни велика была доблесть в рыцаре и его людях, ворота были бы захвачены, если бы те, кто стоял наверху, не получили дозволение поднять мост и опустить решетку. Когда они это сделали, то перекинули [со стены] маленький дощатый мостик, по которому их люди поднялись в замок один за другим. При этом мессир Гарнье де Клиссон, находясь впереди, прокладывал путь своим людям и всеми силами помогал им вернуться в гарнизон. В тот день он совершил подвиги, достойные отважного мужа, но при этом получил весьма тяжелые раны, и лишь с великим трудом доставили его в замок. Очень многие были ранены в этой стычке и на той, и на другой стороне.
Граф де Монфор и все его люди вернулись в лагерь, на прежнее место, и когда защитники замка увидели, как обстоит дело, то ясно поняли, что их обманули. Но еще больше они огорчились из-за того, что мессир Гарнье де Клиссон, раненый в голову и тело, не мог получить в замке надлежащего ухода. Через три дня он скончался, и все воины были растеряны и встревожены, когда увидели своего капитана мертвым.