— Прости меня дуру родной, я тебя очень сильно люблю, ты только держись пожалуйста, прошу тебя, ты мне нужен, очень нужен, я найду выход и позову на помощь. — Ну вот опять, пытается улыбаться хоть и понимает что вокруг одно зверье, не известно еще что хуже, звать на помощь людей или тварей из данжей, кто из них окажется более милосердным. Боже, за что я такая дура, зачем мне эта ссора была нужна накануне сирены, дура, дура, дура.
Томас дернулся, пытается сфокусировать взгляд и увидеть, откуда и что за влага на его щеке.
— Не волнуйся, я немножко за осколок порезалась, ничего серьёзного, не волнуйся родной. — Вот дура, не могла замотать пробитую ладонь прежде чем гладить за ушками как он любил раньше перед сном. Надо найти проход, может там инструменты будут, может найдётся аптечка, поставить капельницу и откапывать своего защитника, нужно собраться. Главное найти, главное найти капельницу, как поставить разберусь, там везде инструкции печатают, главное найти аптечку. Томас еле держится, пот на лице давно высох и жар с ознобом, надо спешить. Надо найти инструменты и хотя бы его откопать, хотя бы до пояса чтобы ему было легче дышать, нужно торопиться.
— Я скоро вернусь, хорошо, я быстро родной ты не успеешь соскучиться, люблю тебя мой мальчик, я быстро. — Томас дернулся показывая щекой на остатки свечки.
— Мне она не нужна, честно, я на ощупь нормально пробираюсь, не переживай. — Не сдается, продолжает кивать щекой на свечку, вот же упертый, я обязана его спасти, он слишком сильно мне дорог, лучше сама сдохну, по крайней мере так будет честно но Томаса спасу. Все из-за меня, дура, еще и упиралась когда он нес меня на руках в подвал, вот дура соберись, потом реветь будешь, соберись дура время уходит.
— Хорошо родной я возьму свечку не волнуйся, я тебя люблю. Ты слышишь, я тебя очень, очень сильно люблю. — Кивнул, появилась маленькая улыбка на его лице, не показывать слез, только не реветь.
— Спасибо тебе за все родной. Я быстро, ты не успеешь заметить. Теперь я буду временно опорой для нас хорошо, я тебя люблю. — Девушка взяла остаток свечи и переползая ушла в неизведанный тоннель заваленного подвала. Через несколько минут послышался шум, «как глупо было так опростоволоситься, какая же я дура», были ее мысли внутри нового завала в узком коридоре, накрыв девушку и перекрыв ей возможность двигаться, смотрящую на найденный ремешок аптечки в обломках, которую так и не удалось достать …
Страна Отави, второй материк планеты, руины города Нор- Дорингтон. Тут было все сложнее, выжившие находились на глубине, при чем девушка находилась в более критическом состоянии, хоть ее и завалило относительно недавно, несколько штырей прошли ее на сквозь в узком переходе перекрученных бетонных плит.
Потратив с десяток секунд на анализ пришел к выводу, что нужно убирать все здание, иначе до подвала не добраться, копать новый тоннель под угрозой хаотичного схождения осколков плохой план. Принялся за дело, снимая слой за слоем изломанной структуры некогда жилого высотного небоскреба эконом класса. Работали спорно и быстро, вначале дошли до парня 19 лет, тот пытался говорить треснувшими обезвоженными губами, а ему вкололи обезболивающее и снотворное с препаратами, вот такой у нас медик, свое дело знает. До девушки добрался спустя полторы минуты, была без сознания, отдал второй четверке солдат. После первого похода быстро поняли, что одной команды мало. Пока донесут, пока вернуться- это время, на подстраховке еще теперь стоят в бункере, как внутрь приносят эвакуированного на встречу выходит новая четверка не мешкая.
Так и работали почти три недели на стимуляторах боевого применения, на самое окончание оставляли мелкие группы, которые могли еще немного подождать и разных животных, в основном выжили кошачьи. Это кажется, что наша команда маленькая и всего 8 единиц, две из которых занимаются не менее важной задачей. Курсанты открывали переходы между убежищами, помогали сортировать раненых и снимать нагрузки с перенаселением, где нет врачей или их катастрофически не хватало. Где срочно нужно было перемещать в критическом состоянии найденных в другое место из-за чрезмерной нагрузки и занятости всех медиков.