— Иди лесом. — Успел сказать до потери сознания, улетел со стулом в левую сторону, оттуда получил коленом снова в голову. На этот раз в виду разнообразия очнулся судя по всему через пару суток в местной больнице. Обычная палата на 10 коек, руки привязаны наручниками к кровати, заманчивый мир Зорен, мне с самого начала понравился, ага, так и запишем, сжечь тут всех черных и красных к едреной Фене. Такое выражение имеется в моей шпаргалке, хоть и не понимаю что такое Фене, зато звучит как нужно. Оболочка в общем снова по краю идет, вмешательство СС отвело очередную гибель. По ходу без тормозов местные армейцы и отбитые на всю голову с раннего детства, может часто вниз головой падали считая что это круто, или их расторопные родители роняли, я не уточнял, мне без надобности.
Повернув свою многострадальную голову на сколько мог увидел одним глазом двух лежачих рядом. Те тоже пристегнуты и забинтованные как и я. Возле одного из них хлопотала медсестра, закончив некие процедуры заметила что я очнулся, ойкнула и быстро убежала из комнаты. Вместо нее пришел следователь и майор. Взяли стулья и присели рядом, за ними стояли ухмыляющиеся знакомые, те самые два бойца их ларца (афоризм). Поглядывая на мой единственный глаз сквозь бинты с ухмылками и выражая свое отношение к происходящему «если нужно добавят, стоят рядом, нужно только намекнуть об этом безудержном желании, можно им просто моргнуть два раза и отправят снова проспаться на несколько суток».
— Максим Галицин, возраст 42 года, системщик, прописан хутор Осиный Васильковского района Тровской области. Далековато забрался, я ничего не напутал? — Поерзал на неудобном стуле следователь, держа в рука восстановленный паспорт и сканируя взглядом мой единственный глаз видный ему из-под бинтов.
— Отвечать! — Рявкнул следак после моей тишины. Его миролюбивые бойцы тронулись с места и обошли меня с двух сторон, смотря куда лучше заехать отдыхающему и привязанному к койке больному, дабы помочь сделать мне разминку и оздоровительные процедуры. Так ничего особо не найдя начали лупить дубинками кто куда попадал или хотел, кроме головы на этот раз. Соответственно оболочка начала сдавать под ударами погружаясь в омут агонии. Если проведут сканирование своей аппаратурой увидят много интересного, СС третий раз выводит по самому краю от убийства правоохранительных органов этой планеты. Я и говорю само миролюбие а к соседям наверно заходят открывая двери с ноги и фразой «мы пришли с миром».
Очнулся спустя сутки, капельница (местная лечилка, очень маленькое зелье здоровья) рядом со мной, ага, мой план удался. Увидели что перестарались и по показанию их приборов должно выйти пару месяцев жизни, не больше, слишком обширные травмы. В этот раз пришлось немного подождать, в комнате (палате) была установлена камера. Пришел тот самый уставший майор с известными, начали задавать свои вопросы из которых я узнал, что на шее еще и ошейник со взрывчаткой имеется если вздумаю сбежать от них. Как это себе представляют? Я так понял особо одаренные идиоты решили, что живые трупы могут бегать. Хоть бы разок для порядочности на себе свою логику провели, если так дело обстоит то да, тут местному обществу уже ничего не поможет для головы.
В итоге так ничего и не добившись майор всех выгнал из палаты. По его виду было понятно, что с большей радостью ушел бы домой вместо того, чтобы со мной тут возиться в 11 часов ночи, но служба держит за причиндалы крепко. Соседей к этому моменту не было на своих койках, может выздоровели и уехали счастливые, может сбежали маршем гусеницы пока никто не видит сразу на кладбище в местный крематорий нулевого этажа этой больницы с таким медобслуживанием.
— Как ваше самочувствие? (молчу)… Ты пойми, игроки такого зверства накуролесили, что теперь вопрос стоит со всеми ребром. Ты еще жив только потому что так захотели там. — Указав взглядом себе за спину майор продолжил устало.
— Ты будешь говорить или я домой пошел. Меня семья и так сутками не видит. — Просидев минут 10 в тишине майор усмехнулся, в комнату зашел врач, пожилой, принес майору чай, на меня же посмотрел озлобленно и ушел.
— Приятного чаепития. — Майор чуть не подпрыгнул, проливая горячий чай на форму. Уже хотел ругнуться, но задержав взгляд лишь рукой махнул. Вытерся и начал снова пить мелкими глотками остатки.
— Чего своим шакалам сам не подскажешь, ты ведь тоже игрок, только не активный. — Майор дернулся разлив остатки чая, вот теперь начал ругаться. Через время выдохнул и сел обратно, оттирая по новой форму полотенцем. По его взгляду было понятно, такое откровение опасно для него и его семьи, камера же сейчас отключена.