Все произошло настолько быстро, что поначалу подруги даже не поняли, почему мужичек начал от них убегать. Впрочем, вскоре их оцепенению пришел конец, и Элли не своим голосом закричала, злобно указывая пальцем на мелькающий среди толпы красный берет. - Держи вора! Он украл наши фихтиловые палочки!
Но, никто почему-то на это не отреагировал. И лишь Ника, которая что было силы рванула подругу за собой, принялась догонять воришку.
- Не стой столбом, Эл! Никто, кроме нас, не побежит выручать твои фихтиловые палочки!
- Но, но они же!.. – не находила подходящих слов девушка, сдерживая слезы.
- Верно, убегают сейчас вместе с тем пройдохой! Скорее! Если мы потеряем его из виду - то купить еще палочек уже не сможем! Кошелек мой у тебя в сумке!
Этих пары слов оказалось достаточно, чтобы Элли за несколько секунд пришла в себя, и крича на весь крытый рынок: «Во имя Матери Аврила, остановите этого вора!!!» - начала бежать следом.
Они видели, как красный берет, перепрыгнув очередного прохожего, свернул в проулок между двумя лавками с фруктами, и исчез за ними. Здесь девушки, как по команде, разделились, решив застать воришку врасплох, зайдя сразу с двух сторон.
Вознамерившись срезать через толпу людей, что сгрудились возле красочного магазинчика с шелками, Ника случайно сбила с ног какую-то разодетую дамочку, на что последняя начала высказывать ей всякие гадости, ругаясь, как заправский пьянчужка. Девушка несколько раз искренне извинилась и, больше не теряя ни секунды, опрокинув еще с десяток ящиков всякой всячины, взбежала по перекинутой доске на проезжавшую мимо повозку. Миновав таким образом сотню другую живых препятствий и получив выговор от кучера, она спрыгнула вниз прямо перед носом Гальмета, который продолжал упорно и крепко сжимать руками сумки Элли.
Тот, признаться, немало удивился такому внезапному появлению своих преследователей, но не растерялся. Пнув ногой ближайшую пирамидку аккуратно расставленных товаров, он ловко увернулся от цепких рук Ники и также быстро оставил девушку наедине с гигантским облаком пыли.
- Стой! – голос Элли прозвучал совсем рядом.
- Еще чего! – Гальмет втиснулся между проезжавшими мимо телегами и канул средь желтых палаток столичных виноделов.
- Вставай, Ника, мы почти догнали его! - Эл подала ей руку.
- Ага, ой, сейчас… - девушка отряхнулась и вместе с подругой побежала следом за воришкой. Пропетляв несколько минут между разноцветными шатрами, они выскочили на еще один мини-переулок торгового квартала и неожиданно услышали чей-то пронзительный вопль.
- Это же голос того проходимца! – вдруг заявила Элли. – Сюда, он доносится со стороны того фонтана!
Пройдя немного вперед и протиснувшись сквозь массу набежавшего сюда народа, они увидели, как внутри образовавшегося кольца людей стояло два рыцаря в серебряных латах, и с невероятным интересом разглядывали замершего в нелепой позе высокого мужичка в красном берете. Он стоял неподвижно, будто кто-то его заколдовал, и чего уж тут разглагольствовать, Ника вполне отчетливо видела на нем невероятно сильное заклятие оцепенения, которое развеять смог бы далеко не каждый чародей, а если говорить на чистоту - то лишь единицы могли бы сделать это конкретно в данной ситуации.
Рот у Гальмета был раскрыт в ужасном крике, и лишь крысиные глазки время от времени бросали в столпившихся гневные пучки молний. В руках он так и продолжал держать две больших сумки, но, похоже, уже жалел о том, что вообще решил украсть их, ибо превратиться в Свенского Горбатого Истукана в его планы явно не входило.
- Это вообще-то мое! – Элли сердито вырвала из рук негодяя свои вещи. – Спасибо.
- Он украл это у вас? – обратился один из рыцарей к девушкам.
- Да, недалеко от статуи Фридмии Искренней, - сказала Ника.
- У-у, далеко. И все это время вы бежали за ним?
- Ага, а что хотите сказать, мы на это не способны? – язвительно спросила Эл, и рыцарь тотчас умолк.
- Брось, Рич, абсолютно не важно, откуда он бежал. Другое дело, кто сделал вот это? – вмешался в разговор второй рыцарь. – Такого крепкого заклятья я еще ни разу не видел. Видать, к прокурору нести его придется… так…