Девушки немного постояли, насладившись несколькими прекрасными мелодиями, сотворенными бойкой и резкой гитарой, что качала людей, но тотчас спохватились, услыхав, как невидимый колокол часовни, что возвышалась за воротами в густом лесу, внезапно забила девять.
Вопреки тому, что оставался еще целый час, подруги решили поторопиться и направились к воротам, у которых стояла парочка магов-часовых, поставленных сюда самой Академией. Чародеи, держа в руках витые посохи, молча наблюдали за происходящим возле статуи великого Заклинателя и время от времени глубокомысленно зевали, прикрывая рты черными, как уголь перчатками.
Кстати говоря, почти во всех магических учебных заведениях Основного Континента практикуется «подобный способ определения должности и статуса чародея», посредством ношения на руке различного цвета шелковых перчаток. К примеру, серые на обеих руках – означает, что ты простой ученик, белая на правой или левой – учитель, черные – страж или же часовой, ярко-красная перчатка – директор, бархатно-зеленая – его заместитель.
Так или иначе, все, кто связан с процессом «обучения магии», должны носить эти необычные перчатки, чтобы такого человека можно было легко и быстро распознать не только среди простого люда, но и других магов, которые не имеют никакого отношения ни академиям, ни к тем же школам.
Сонные маги молча кивнули девушкам, когда те подошли и показали им свои «шелковые пропуска на руках» и, недолго думая, подняли дополнительный барьер между лесом и внешней стеной Ааласа, чтобы обеспечить проход через луга.
Редкий дождь тотчас отступил от мокрого тракта в стороны, и последний едва ли не стремглав повел подруг вперед к высокой заостренной ели, что парила впереди в клочках разодранного дымка. По обе стороны образовавшегося магического тоннеля стекала струйками вода; над головами – сияло яркое солнце и летали молнии, проблесками легкой седины разукрашивая небо. Вокруг же – поля, поля и еще раз поля.
Когда подруги дошли до конца дороги, ступив на тропу, что провела бы их через редкий лес, барьер позади них исчез, во сто крат усилив при этом шум дождя Пройдя чуть дальше; Ника с Элли увидели средь деревьев невысокую дозорную вышку с синим колпаком, с которой смотрел вниз еще один часовой – маг по имени Бао, старый чародей, что нес здесь службу еще до их рождения. Спустя некоторое время, их гордое одиночество потихоньку начали нарушать и другие ученики, которые, весело галдя, неспешно ковыляли по тропинке, разглядывая вокруг блестящие утренние краски.
У всех строгая, можно даже сказать, парадная форма: мальчики в черных брюках и белых рубашках с коротким рукавом, девочки – в юбках и свободных кафтанах такого же цвета. На ногах у всех туфли или же стеганные глянцевые сапоги, украшенные золотыми пряжками.
Постепенно народу вокруг ставало еще больше, ель перед ними внезапно расступилась, и девушки вышли на большую каменную площадь, которая плавно разветвлялась в три разные стороны, уходя направо – в торговый рынок, налево – в гостиницы и жилые дома, а также вперед – к мраморному белому гиганту здания Академии, чьи громадные окна сотнями и тысячами расходились по гладким стенам, впуская в лекционные аудитории свет.
- Подходите, покупайте магические письма! Травы для уроков зельеварения! Толченные кристаллы! - вопили посреди площади торгаши, разбрасывая вокруг себя струйки пламени. – Лучшие в Империи резонаторы - усиливают чары и продлевают время их действия! Талисманы! Защитные обереги, заколдованные на огонь, воду и даже свет! Все со скидкой!
Бесконечные очереди из студентов выстраивались, чтобы заполучить себе какую-то новую безделушку. Крики и звон златых давал понять, что дело у купцов идет полным ходом, а желающих приобрести те же всеизвестные «слух-камни» - целые толпы.
Тут и там, погрузившись в глубокие раздумья, стояла стража, время от времени поправляя на руках черные перчатки, что так сильно бросались в глаза. Где-то слева, между домов на небольшой возвышенности, давал представление танцующий каменный голем, что резво крутил свое грубое тело стучащим веретеном, веселя толпу на пару со своим хозяином.
Клекотали стаи птиц, шумел в кронах деревьев ветер, выл и завывал, подобно раненому волку.