В помещении воцарилась неловкая пауза.
- Хех, ну… это ты уже, наверно, шутишь, правда? – Ника криво усмехнулась. – Какой еще «убьют»?
- Убьют, испепелят, изничтожат, сведут на нет твое тело и душу! – взревел парень, эхом прокатив свой голос по всему западному крылу Академии. – В мире, полном такой страшной вещи, как магия, нельзя полагаться на «авось» или тем более специально ослаблять собственные чары! Шаг влево, шаг вправо – и смерть сожрет тебя! – мальчик стукнул кулаком по столу. – Если ты изучаешь нечто подобное – будь добра относиться к этому не менее серьезно, нежели к выбору между добром и злом, Беллай!
Ника обескураженно промолчала, однако до конца не было ясно по какой причине: потому ли, что почувствовала собственную вину, или просто решила проигнорировать возмущение парнишки.
- Но тогда почему учитель Алой говорит, что так безопасней? – попыталась хоть как-то оправдаться она.
- Потому что он дурак! – выругался Кид. - Второй язык чар, которым ты только что прочитала заклинание огненного шара - почти в половину урезает силу заклинания и дает какие-то ничтожные, по сути, проценты твоей «безопасности»! Откуда я родом, говорят: «Лучшая защита – это нападение!» И будь я проклят, если это неправда! – антимаг ткнул в девушку пальцем. - На поле боя, где и применяют эту вашу «магию» - есть лишь ты и тот, кого нужно убить! Враг - задумываться не станет. Он не будет щадить, не подарит милосердие, потому что таковы люди! А ты погибнешь! Погибнешь, поскольку какой-то там «учитель» в какой-то там Академии сказал, что так безопасней!
- Но мы ведь не на поле боя! – раздраженно воскликнула Ника.
- И радуйся этому! Радуйся, что не видела реки крови и горы трупов, которые заслоняют собою солнце! Радуйся, что не видила ни огня, ни пепла, заслоняющегося солнце! – огрызнулся парень, и в классе будто бы застыло само вечное пространство, лица студентов затянуло пеленой, и даже тот редкий свет, что все еще проникал к ним через окно – спрял себя за кромкой серых туч где-то на небе.
- Если ты… если ты считаешь, что этот ваш «учитель» Алой такой умный, - наконец заговорил Кид, все еще чувствуя, как внутри него тлеет злость, - то пускай тогда прочтет в этом своем «любимом языке чар», - парень сердито вырвал из какой-то тетради на столе листок и написал в нем несколько предложений.
Ника осторожно взяла в руки клетчатую бумагу.
- А теперь, - молвил юноша, быстро зашагав ко входной двери. – Я покажу вам, что такое настоящий огонь. САВЭН!!! – прозвучало следом, и с его левой ладони сорвалось громадное и всепоглощающее синие пламя, которое и на огненный шар-то не было сильно похоже.
Однако не успела в классе подняться паника, как в тот же миг неистовый огонь исчез, растворившись в неосязаемой пустоте слабой полупрозрачной дымкой, и студенты увидели, что заклинание такой невероятной силы не оставило на белом мраморном потолке ни капли черной сажи…
– Вот, что бывает, когда ты по-настоящему не хочешь никому навредить! – сказал Кид, медленно вернувшись в учительское кресло, возле которого до сих пор стояла пораженная Ника, с открытым ртом глядя на белоснежный потолок.
- Впредь я хочу, чтобы вы все на моих уроках использовали только первый язык чар, а не второй. И неважно каковы будут последствия, – Кид явно хотел сказать еще нечто важное, но в виду некоторых обстоятельств попросту не успел, ибо дверь в двести тридцать четвертый кабинет резко открылась, и в ней возник высокий широкоплечий мужчина двадцати с чем-то лет, гладко выбритый, имевший красивое мужественное лицо, карие глаза, каштановые волосы и невероятно важный вид, говоривший или о знатности данного господина, или о глупости.
Одним словом, он являл собою полною противоположность Глена Фаарона, как бы Кид сейчас сравнивал их, будто они оба стоят просто перед ним.
- Вы Кид Ферсифал?! – громко, но уважительно произнес вошедший, с небольшим заморским акцентом.
Все присутствующие в аудитории, кроме Кида, как по команде, уставились на вошедшего мужчину, узнав в нем именитого Габриеля де Леованского - профессора Академии Двадцати Четырех, а также ставленника в ней Совета Двадцати, о котором уже упоминалось ранее.