Ника тоже бросила кроткий взгляд в сторону профессора и увидела, что за его спиной прячутся знаменитые «Уравнители», хотя их внешний вид и оставлял на этот раз желать много лучшего.
Среди них особо выделялся один лысый и высокий парень, в котором девушка не сразу узнала Престона, поскольку на голове у сына знаменитого художника, по какой-то причине, полностью отсутствовали его роскошные черные волосы.
Однако, как уже говорилось выше, отнюдь не все отреагировали на приход великого ставленника Совета столь почтительно, как наверняка требовала того его самооценка. Кид даже не повернулся в его сторону. Даже не удосужился осведомиться, почему хлопнула дверь или повисла тишина. Парень лишь пощелкал пальцами перед лицом Ники, чтобы та снова обернулся к нему.
- Ты слышала меня, Беллай? – он строго посмотрел на нее, и девушка даже попыталась что-то ему ответить, но грубый голос Габриеля, которому, очевидно, не нравилось, что его игнорирует главный виновник сего торжества, перебил ее:
- Вы слышите?! Я с вами разговариваю, уважаемый! – он ткнул пальцем в мальчишку. - А ты, Ника, лучше присядь и помолчи, пока ничего плохого не произошло. С тобой мы поговорим позже.
У девушки прошли мурашки по спине от таких слов, и она уже хотела вернуться было на свое место, но ее вдруг остановила чья сильная рука.
- А что… «в таком случае» может произойти? – с глазами, полными ярости, спросил черноволосый паренек, медленно развернув голову в сторону вошедших. – Эй, я же говорил, что, если увижу вас троих вместе еще хотя бы один раз – то порешу! - страшная улыбка наползала на молодое лицо, и трое уравнителей, что прятались за спиной профессора, тотчас испарились.
- Вы! Вы! Вы уже во второй раз, как позорите честь моих учеников, мистер Ферсифал! Я!.. Я не могу этого так оставить. Это не в моих принципах! – быстро залепетал Габриель. – Я уже молчу о том, что Вы нарушили целый десяток правил Академии за каких-то жалких несколько часов, используя магию практически на каждом шагу! Поэтому я требую!..
- Ваших учеников? – Кид отпустил Нику и медленно направился к высокой фигуре, притаившейся у входа в его кабинет. Девушка отчетливо видела, как зол был паренек на того, кто сейчас столь нагло прервал его урок, но не могла ничего поделать или же предпринять, ибо попросту была лишена дара речи. Всего на миг она успела посмотреть в сторону Элли, увидев, что подруга точно также старается сидеть на парте неподвижно, не подавая ни звука.
- То есть, хотите сказать… - антимаг остановился в двух шагах от Габриэля. – Что эти звери, издеваясь над всеми в этой Академии, плоды Ваших трудов? – он подчеркнул слово «Ваших».
Данный вопрос немало обескуражил великого профессора, но он смог выкрутиться простой, но весьма неожиданной для Пожирателя Зла фразой:
- Я! Я вызываю вас на дуэль, дабы очистить их и свое имя!
В аудитории поднялся шум.
- На дуэль? – со всей серьезностью спросил Кид, оглядывая мускулистое тело, как ювелир оглядывает ограненный алмаз. – И что только в тебе нашла эта профессор Арфония, ума не приложу, - пробормотал он про себя.
- Вы что-то сказали?
- Нет-нет, - Кид презренно посмотрел в карие глаза. – Вам послышалось.
- Так вы принимаете мой вызов?! – высокопарно вопросил маг.
Все затаили дыхание.
- Что? Да конечно же нет! Я что – дурак? – рассмеялся Пожиратель Зла на всеобщее тотальное удивление и молча развернулся к своему столику. – Так, мои дорогие, на чем мы остановились? – спросил он у студентов, которые, если сказать, что были поражены выходкой антимага – означало бы ничего не сказать. – Кажется, я проверял у вас силу заклятий, верно?
- А-ну живо обернись ко мне, Ферсифал! – внезапно выпалил Габриель, растеряв где-то свой медовый голосок вместе с характерным акцентом. – Смотри в глаза тому, с кем разговариваешь! Вы, молодой человек, ходите очень по тонкому льду – и это мое терпение!
- Во-от, теперь другое дело, - улыбнулся Кид, словно ждал, когда его собеседник сорвется. - Надо было начинать именно с этого. Что у тебя нет ни капли той «доброты», о которой ходят здесь легенды. Что ты лживая, коварная и алчная псина, которая вырастила таких же, собственно, упырей, как и ты сам, - парень сунул руки в карманы. – Впрочем, низменней этого, наверное, может быть только то, как ты беспринципно вертишь и крутишь чувствами добродушного заместителя директора, которая постоянно прикрывает выходки этих твоих «щенят», ибо души в тебе не чает, - Кид влез на учительский стол и принял на нем позу лотоса. – Не вижу смысла марать руки о такого, как ты. Лучше делом займусь и возьму пару-тройку заказов у местной Церкви Чистой Крови.