Странное дело, фона никакого вообще не было. Только темнота. Я почувствовал на плече руку Найды.
— С тобой все в порядке? — спросил я.
— Да… Здесь темно, — сказала она. — Очень темно.
— Конечно. При отсутствии света нельзя манипулировать Отражениями. И даже воспользоваться Козырем.
— Именно сюда-то и направил тебя Лабиринт? — спросил я.
— Нет, — ответила она.
— Возьми меня за руку, — велел я. — Рассказать об этом можешь и позже.
Я протянул руку и она потянулась к ней.
— Они… — начала было она. И с жалящей вспышкой контакт прервался.
Я почувствовал, как напряглась рядом со мной Найда.
— Что случилось? — спросила она.
— Не знаю. Нас внезапно блокировали. Какие силы участвовали при этом, я не могу сказать.
— Что вы собираетесь делать?
— Попробовать чуть позже ещё раз, — сказал я. — Если это было реагирование, то сейчас, вероятно, сопротивление высоко, а позже может стать слабее. По крайней мере, она говорит, что с ней все в порядке.
Я вытащил свою колоду Карт и сдал карту Люка. С таким же успехом можно было выяснить, как идут дела у него. Найда взглянула на Козырь и улыбнулась.
— Я думала, что с момента вашей встречи прошло совсем мало времени.
— За малое время может случиться многое.
— Я уверена, что многое и случилось.
— Вы думаете, будто вам что-то известно о том, что с ним происходит?
— спросил я.
— Да, по-моему.
Я поднял Козырь.
— Что?
— Я готова держать пари, что вы его не дозоветесь.
— Посмотрим.
Я сосредоточился и потянулся. Потом попробовал ещё раз. Минуту или две спустя я вытер лоб.
— Откуда вы узнали? — спросил я.
— Люк вас блокирует. Я бы тоже так поступила… при данных обстоятельствах.
— Каких обстоятельствах?
Она улыбнулась мне, подошла к креслу и села.
— Теперь у меня есть чем обменяться с вами, — сказала она.
— Опять?
Я пригляделся к ней. Что-то дрогнуло и стало на место.
— Вы называли его Люком, а не Ринальдо, — произнёс я.
— Так оно и есть.
— Я все гадал, когда вы снова появитесь.
Она продолжала улыбаться.
— Я уже использовал своё заклинание «уведомление о выселении», — сообщил я. — Хотя и не могу пожаловаться, что без пользы. Вероятно, это спасло мне жизнь.
— Я не гордая. Приму и это.
— Я намерен ещё раз спросить, чего вы добиваетесь, и если вы ответите, чтобы помочь мне, то я намерен превратить вас в вешалку.
— Я думаю, что сейчас вы примете любую помощь, какую только сможете найти, — засмеялась она.
— Многое зависит от того, что вы подразумеваете под «помощью».
— Если вы скажете мне, что вы задумали, я скажу вам, смогу ли как-то посодействовать.
— Ладно, — сдался я. — Однако, я намерен переодеться, пока рассказываю. Я не испытываю желания штурмовать цитадель в таком наряде. Можно мне и вам дать что-нибудь покрепче тренировочного костюма?
— Он меня вполне устраивает, начните с Лесного Дома, хорошо?
— Хорошо, — сказал я и стал вводить её в курс дела, пока облачался в одежду покрепче. Теперь она была для меня не хорошенькая леди, а неким туманным существом в человеческом облике. Пока я говорил, она сидела и глядела на стену или сквозь неё, поверх сплетённых пальцев. Когда я закончил, она продолжала глядеть, а я подошёл к чертёжной доске, взял Козырь Корал, попробовал опять, но не смог пробиться. Попробовал я также и карту Люка, но с тем же результатом.
Когда я положил Козырь Люка на место, подровнял колоду и решил убрать её, то заметил краешек следующей карты и в голове у меня пронеслась молниеносная цепь воспоминаний и предположений. Я вытащил карту и сфокусировался на ней. Потянулся…
— Да, Мерлин? — отозвался он спустя несколько мгновений. Он сидел за столиком на террасе и за спиной его был вечерний пейзаж города, в руке он держал чашечку кофе «эспрессо», которую сейчас поставил на блюдце.
— Сейчас. Тут. Спеши, — сказал я. — Приходи ко мне.
В тот же миг, когда произошёл контакт, Найда издала низкое рычание и в тот миг, когда Мандор взял меня за руку и шагнул вперёд, она очутилась на ногах и двинулась ко мне, не сводя глаз с Козыря. Когда перед ней появился высокий мужчина в чёрной одежде, она остановилась. С миг они рассматривали друг друга без всякого выражения на лицах, а затем она сделала к нему длинный скользящий шаг, стала поднимать руки. И сразу же, из глубин внутреннего кармана плаща, куда была засунута его правая рука, раздался один резкий металлический щелчок.