-Эй, - окликнула её танцовщица, и служанка опомнилась.
-Да, госпожа, - поспешно отозвалась она. Голова слегка закружилась. Что это на неё нашло?
-Мы же договорились, - улыбнулась танцовщица, - Никакая я не госпожа, зови меня Асенат.
-Да, да, конечно, - растеряно проговорила девушка. Танцовщица прикоснулась к белой пряди девушки, склонив голову набок и мило улыбаясь.
- Что ж, дорогая, не будем терять времени. Господин Серапис ждёт моего выступления, и я должна подготовиться. Пойдём, покажешь мне, где я могу переодеться.
Самина кивнула и повела Асенат к таверне, обходя стражника, который по-прежнему стоял у двери. Они вошли внутрь через служебный вход, минуя кухню и складские помещения, и поднялись по узкой лестнице на второй этаж. Специальной комнаты для артистов у них не было, после коротких раздумий, Самина отвела танцовщицу в свою.
Асенат вошла в комнату и оглядела её с интересом. Самина заметила, как она внимательно изучает каждый угол, словно запоминая расположение предметов и возможные пути отступления.
- Здесь ты можешь подготовиться и отдохнуть сколько тебе надо, - сказала Самина, - Если тебе что-то понадобится, я буду снаружи.
- Спасибо, дорогая, - сказала Асенат, смущённо улыбнувшись, и её глаза на мгновение пронзили Самину, словно она искала в её душе что-то важное. - Не уходи далеко, я чувствую, что мне понадобится твоя помощь.
Самина кивнула и вышла, закрыв за собой дверь. Она сползла по стенке и уселась на голый пол в коридоре. Мысли путались, что-то было не так. Всё в этот вечер казалось ей странным и непредсказуемым, и она не могла избавиться от ощущения тревоги.
Внизу в таверне гости продолжали веселиться, но Самина чувствовала, что скоро всё может измениться. Она взглянула на дверь, за которой Асенат готовилась к выступлению, и подумала о Кормаре, лежащем в амбаре. Она надеялась, что он скоро придёт в себя и что вместе они смогут разобраться в этом хаосе, который внезапно охватил их жизни.
***
- Просыпайся!
Кормар вскочил от резкого мужского крика. Он оказался в каком-то амбаре, рядом никого не было. Сквозь приоткрытую дверь он увидел последние отсветы багровеющего заката.
- Тебе пора убираться отсюда! - голос раздался, казалось, прямо в голове помощника павшего комиссара, отзываясь болью в висках, - Наши враги близко, беги!
- Ды кто ты, твою мать, такой? Выходи! - закричал Кормар, тело слушалось плохо, отзываясь болью на каждое движение. Рука привычно нащупала эфес клинка. Казалось, это придало сил.
- Некогда объяснять! Докричаться до тебя было не легко! - загремело в голове у человека, и ноги, помимо его воли сами задвигались к выходу.
- Проклятье! - выругался Кормар, перебирая в голове слова похуже.
- Все вопросы потом, убирайся со двора этой забегаловки как можно скорее! Сейчас ты слаб и они тебя учуют.
Кормар сдался и направился к выходу из амбара, казалось, немое согласие вернуло ему контроль над телом. Он ощущал какую-то неправильность в себе, некую тревожную сосущую пустоту внутри, словно заноза, ни на секунду не дающую о себе забыть.
- Тебе придётся перелезать через стену, - вновь раздался грохочущий голос в черепной коробке.
- Самина... - вспомнил Кормар, в тенях и кустами пробираясь к невысокому забору, за которым находилась хибара местного ремесленника с небольшим двором вокруг.
- Они не убьют твою девку, - вновь раздался, отзывающийся болью, голос, - Если ты себя сейчас не выдашь, ни ты, ни она им будут ни к чему.
Дальше всё было, как в тумане, помощник комиссара удивительно ловко перелез через стену, практически перепрыгнув через неё и оказавшись в соседнем дворе. Пробежав в узком проходе между деревянной хибарой и оградой, он проскочил под открытым окном, из которого лился скудный свет свечи, старательно прячась в тенях. В нос ударил вкусный запах мясной похлёбки и свежего хлеба. Только теперь помощник комиссара понял, насколько был голоден. Оказавшись у незапертой калитки, Кормар слегка приоткрыл её и оказался на пустынной сейчас улице. Оглядываясь по сторонам, он направился домой. Голос в голове утих, и вместе с ним прошла боль. Последние лучи закатного солнца исчезли за горизонтом, и на город опустилась тьма. До дома было ещё неблизко и Кормар нащупал значок стражника, висевший на шее – не хватало ещё быть схваченным местной стражей.
Пару раз по дороге ему попадались спешащие домой ремесленники и прочий простой люд, с недоверием косившиеся на вооружённого потрёпанного человека. Кормар пригляделся к себе, и заметил следы крови на воротнике кафтана. По спине пробежали мурашки – его и правда зарезали прошлым вечером. Сжав зубы и перебирая в голове ругательства, он быстрым шагом продолжил путь. В каждой тени ему мерещился его тёмный благодетель. Бородатый упырь, что вытащил его с того света. Это ведь его голос звучал прямо в голове? По-другому и быть не могло. Теперь он проклят, он ведь пил кровь вампира, его душа обречена на вечные муки. Осталась ли она у него? Или всё-таки канула в ту бездну, оставив пустое тело бродить по миру?