Кормар бросился в погоню. Сайлор понятия не имел, с чем, возможно, они столкнулись. О том, что и он не слишком в этом превосходил своего коллегу, Кормар запретил себе думать.
Гнев придавал сил, помощник комиссара ощутил, как по мышцам разливается небывалая лёгкость, и рёбра перестают болеть. Несмотря на отсутствие факелов, которые обычно освещали этот переулок, звёзды и луна сговорились создать достаточно света, чтобы Кормар мог видеть каждую деталь: от блеска стали на клинках до тени, пробегающей по лицу его противника. Его дыхание стало ровным и глубоким, а движения точными и быстрыми, словно он был марионеткой в руках невидимого кукловода, управляемого лишь жаждой возмездия. Точно ли один лишь гнев помогал ему сейчас?
Когда он догнал Сайлора, его рука метко отправила метательный нож в убегавшего противника. Кормар видел, как дальневосточник с удивительной ловкостью обернулся и отразил летящее оружие своим клинком, словно это было не более чем раздражающее насекомое. Затем противник остановился и отсалютовал, словно признавая мастерство Кормара. Они оказались в тупике, на небольшой площади, с трёх сторон зажатой амбарами, где каждый шорох и каждая тень казались предвестниками новой опасности.
Стражники обменялись взглядами, в их глазах читалось взаимопонимание и решимость. Они знали, что дуэльные поединки не входили в число их обязанностей, а потому медленно, но уверенно начали расходиться, создавая стратегическое преимущество, окружая врага с двух сторон, используя тень амбаров, чтобы скрыть свои намерения.
- Мы из стражи, - громко объявил Кормар, его голос разрезал тишину ночи, - Скоро сюда прибудет подмога, сдавайся, и тебе сохранят жизнь. Ты пока никого не убил. Уверен, твоя Советница за тебя поторгуется.
- Не вы меня сюда загнали, - прошипел серокожий со странным акцентом, растягивая слова и неправильно ставя ударения, его голос был холоден и рассудителен, - Это я вас заманил.
Сайлор, всё ещё ошеломлённый неожиданным отпором, бросился вперёд, но его атака была парирована с такой легкостью, что он был отброшен назад, словно его меч был сделан из папиросной бумаги. Кормар, воспользовавшись моментом, метнул два метательных ножа, но дальневосточник был уже готов к этому ходу. Один нож был отбит с легкостью, но второй всё же нашел свою цель, вонзившись в плечо противника.
Серокожий сорвал маску, и его лицо исказилось от боли и гнева. Кормар, не теряя ни секунды, бросился в атаку, его клинок вращался в руках с такой скоростью, что создавал иллюзию мельницы. Но каждый его выпад был парирован с невероятной ловкостью. Когда дальневосточник перешёл в контратаку, Кормару ничего не оставалось, кроме как уйти в глухую оборону. Их клинки вспыхивали в свете звёзд, и казалось, что даже неведомый враг был удивлен такому сопротивлению.
- Стоять! – крикнул он внезапно. Вокруг глаз противника, замерцавших белым светом, проступили чёрные вены, словно они были наполнены чернильной тьмой, а бледность лица придавала ему вид призрака. И Кормар понял, что не может пошевелиться. С ужасом он наблюдал, как дальневосточник с улыбкой достаёт нож из своего плеча и начинает его разглядывать, всё ближе подходя к заместителю комиссара. Серокожий повернул его в руках, и лезвие отразило серебристый свет луны, создавая зловещие блики на ближайших стенах.
Воздух вокруг наполнился напряжением, казалось, даже воздух замер в ожидании развязки. Свет луны и звёзд, пробивавшийся сквозь редкие облака, освещал сцену, придавая ей ещё большую драматичность. Сайлор, оттолкнутый с неожиданной легкостью, пытался снова встать на ноги, но его тело не слушалось. Он видел, как Кормар, замер, словно безуспешно пытаясь преодолеть невидимые оковы, наложенные дальневосточником. Этот момент показался вечностью, в которой каждый из стражников пересматривал свои жизненные выборы.
- Стоять! – повторил дальневосточник, его голос звучал как приговор. В его глазах мелькало что-то, напоминавшее сожаление, или, возможно, это было лишь отражение лунного света. Кормар, чувствуя, как его тело отказывается подчиняться, пытался сопротивляться магии, но его усилия были тщетны. Он мог только смотреть, как дальневосточник подходит всё ближе, его шаги были мягкими и бесшумными, как шаги хищника, готового нанести последний удар. Он поднял нож, и его лезвие поймало свет звёзд, отблескивая им как сигналы в ночи. Кормар сжал зубы, готовясь к худшему, но внезапно дальневосточник замер. Его взгляд устремился куда-то за спину Кормара.
-Спать, - проговорил он властным тоном, и Кормар, как мешок, упал на мостовую.
Серокожий узкоглазый воин с чёрными волосами, затянутыми в косу, с несколько заинтересованным выражением лица резко со свистом резанул воздух своим клинком.