- Занятно, правда?
Инна, юркой рыбкой на горных порогах, вновь оказалась рядом с Русланом, нечаянно напугав того.
- Что?
- Глупая мысль. Ты читал что-то из современников? Сказки, про попаданцев в параллельные реальности? Сначала про эту мёрзлую Арктиду я подумала, что это фанатическая сказка, сон, в который мы попали. Только, бывает ли массовое попаданство?
Первые из оправившихся уже отбивались от надоедливой мелюзги, настойчиво предлагающей свои скромные товары, которые не представлялось возможности приобрести. Не столько из-за отсутствия на то нужды, сколько из-за отсутствия местной валюты. Правда - это смутило Инну, и отдалённо Руслана, - язык, на котором чирикали дети, был понятен им как родной.
- Опять не доплыли. С островов?
На миг унявшийся ветер не заглушал разговоры местных жителей. Отрицательно качнула головой Мария Лапина – знаменитая со школы болтушка, уверяющая, что её въедливость и смелость – лишь профессиональная черта. И её любопытство, и въедливость выплеснулись наружу в незнакомом месте и в самой нелепой из возможных ситуаций. Стражник, с которым заговорила Мария, с любопытством разглядывал её одежду. Их всех явно принимали за других людей.
Любезно поведав, что укрыться и прийти в себя после крушения они, как и многие до них, могут во дворце, стражник вернулся к игре, заметно, не смотря на встряску с, по его мнению, пострадавшими от неспокойного моря, помрачнев. Поругивая равнодушие стражей порядка, тонкой вереницей молодые люди потянулись вверх по холму, поскальзываясь на прорубленных ступенях. Инна всё это время тревожно оглядывалась, беспокойным взглядом изучая лица рядом с ней идущих, пока не коснулась руки Вилена.
- Ты видишь Анастасию?
Осмотревшись вокруг, Вилен увидел считай всех, кто пришёл в этот вечер в бар. Почти что всех, за исключением Лидиана с сестрёнкой, и пары людей. В том числе и Анастасии.
- Кажется, ты не права. Это попаданство для избранных.
Впереди послышались восхищённые вздохи. С вершины холма было видно, что море, тонущее в тумане, омывало берега средневекового города, с городской площадью, с разбитым, видимо, в ранний утренний час, рынком. Западный край был укрыт всё ещё зелёным лесом, а на южном краю, за городской стеной, деревенька с распаханными полями кругом неё. А на севере, на самом высоком холме, у края обрыва над морем, стоял большой замок из светлого серого камня с узкими стрельчатыми окнами.
На холме, что выходил с моря, тоже стояли высокие дома. Один даже выше двухэтажного замка, но, вероятно, сбит из дерева и обмазан глиной; перед домами разбит небольшой садик и, судя по проходящим туда-сюда редким людям, можно было предположить, что это какое-то важное общественное место. Или же средневековый аналог ночлежки для бедного люда, что интересовался необычной одеждой пришедших с моря людей.
Не будь невольные путники столь уставшими, они бы и заподозрили неладное, когда на подходе ко дворцу их не остановила стоявшая у дверей стража. Помимо стоявших у каждых дверей воинов, дворец был малолюден. Лишь несколько слуг и дворцовых рабочих. Были ли они очередными несчастными или народ мёрзлого королевства был так глубоко несчастен, что был равнодушен к чужим бедам, а внимание на них обратила лишь королева, вышедшая на шум шагов.
Шепнувшая имя её служанка не была, в отличии от способных к критическому мышлению людей, изумлена обликом королевы Анны. Белоснежное платье королевы слепило на фоне общей серости своей неправдоподобностью. Без рукавов, с открытыми плечами, укрытыми мехом песца, с кружевным поясом, оно больше походило на наряд их века. Как удивил прибывших наряд королевы, так ничуть не удивил Анну вид её гостей, приглашённых в пиршественный зал к накрытым столам с нехитрой, но обильной пищей. Им вынесли сундуки, полные одежды и серебряных монет, всего было позволено брать сколько угодно.
- Постойте. А что нам делать?
Громкий возглас Вилена прорезал пыльный от оживлённой возни у сундуков воздух. Столь грубый оклик был обращён к удаляющейся королеве, со спокойным снисхождением обратившей на них свой лик. Она была красивой женщиной. Высокая, тонкая и белая, с узким лицом и высокими скулами. Брови её были почти что чёрными, несмотря на то, что переплетающиеся в корону косы были насыщенного рыжего цвета. Идеальная красота статуи. Даже изумруды глаз не оживляли столь пугающую идеальную красоту.
- То будет лишь ваш выбор.